Книга Оживим лекарскую лавку, или Укольчик, Ваша Светлость?, страница 82 – Мотя Губина

Пришлось снова вызывать бедного и забегавшегося Ритина и вливать в этого пациента убойную дозу чистой магии.

Мой помощник уверил, что такая дозировка не только растворит и уничтожит любые посторонние предметы в организме, но и сделает этого чурбана практически бессмертным. Но, не доверяя только магии, я всё равно приказала Дине напоить парня оливковым маслом, а также посадила его на строгую диету с овсянкой, пригрозив острыми болями, карой небесной и возможностью смерти. Пациент впечатлился, чем немного поумерил мой гнев.

Через час, проведя тщательную пальпацию и не обнаружив камней, которые точно были в начале приёма где-то на уровне кишечника, я отправила парнядомой, сказав, чтобы его привезли родители ко мне при первых признаках боли, и назначив приём через неделю. Ритин только головой покачал.

— Вы не понимаете, как работает магия, Светлана.

— Зато я прекрасно знаю, что могут сделать камни, проглоченные человеком, — буркнула я, возвращаясь обратно в свой кабинет. Магия, магия… Думать об этом парне я буду до тех пор, пока не пройдёт вся неделя. — Завтра, будь добр, узнай, как его состояние, и мониторь всю неделю, потому как спокойно спать я не смогу, зная, что этот балбес может просто умереть.

— Будет сделано, — усмехнулся помощник. Потом посмотрел в окно и заметил:

— О, а ещё сюда бежит один очень мелкий и надоедливый человечишка.

— Ганс? — обрадовалась я, спеша к двери. Его приход — это очень хорошо — хотя мы виделись с малышом совсем недавно, но я уже успела по нему соскучиться.

Только вот в этот раз мальчишка выглядел действительно плохо…

— Ганс? — я улыбнулась пареньку, но быстро стёрла улыбку с лица, увидев его зарёванное лицо. — Что произошло?

— Госпожа, я это, — хлюпнул он носом, а потом вытер сопли тыльной стороной грязной ладони, оставляя на лице чёрные полосы. — Вы теперь меня и видеть не захотите, да?

— О-о-о, — протянул Ритин, — чувствую, здесь будет долгое и нудное повествование о страданиях детских. Пойду я, пожалуй, поем… И вам бы советовал того же.

Я возмущённо развернулась и посмотрела на бездушного помощника.

— Ритин, тебе не стыдно?

— Мне голодно, — хмыкнул он, скрываясь в недрах дома.

Я покачала головой, но всё же как более-менее радушная хозяйка спросила:

— Ганс, насколько срочное твоё дело? Нам нужно сейчас куда-то бежать? Нужна помощь? Или ты можешь с нами пообедать?

Парень недоуменно на меня уставился и неверяще переспросил:

— Вы что, хотите предложить мне поесть? Мне?

— А почему нет?

— Так я же теперь… сын преступника! — и он снова хлюпнул носом, сдерживая потоки рыданий.

— Та-а-а-ак, — нахмурилась я, — ну-ка, пойдём, парень.

Решительно взяв пацана за плечи, я его развернула, и мы вместе вошли в жилую часть дома.

В отличие от жестокосердого вампира, Дина проявила больше сострадания.

— Ешь, Ганс, — приговаривала она, наливая третью порцию ароматного горохового супа с копчёностями, а потом протяжно вздохнула. — Всё-таки докатилсяМартин… Эх, что и говорить — золотой был мужик, пока пить не стал, а потом… — она обречённо махнула рукой. — Ну ничего, парень, мы тебя в деревне в обиду не дадим. У меня ужинать сможешь, старая Грета, наверняка, на обеды звать будет. И с завтраками что-нибудь решим. Ты уже не мелкий — сможешь сам по мелочи за домом следить. Может, ещё кто из мужиков в поле возьмёт помогать…