Книга Оживим лекарскую лавку, или Укольчик, Ваша Светлость?, страница 47 – Мотя Губина

— Нет! — он вскочил, освещая пространство своим фонарём, который практически на глазах бледнел — вот что значит ускоренная регенерация тканей! Парень возмущённо затряс шевелюрой. — Ни в коем случае! Я и лорду Ренту шепнул уже под утро, когда основная фаза должна была закончиться. Маг должен сам всё это пройти! Иначе эксперимент не был бы полным.

Графин всё же полетел в вампира, на ходу расплёскивая из себя сок. Каюсь, не удержалась.

Дина, словно получившая карт-бланш, с воинственным криком бросилась на моего обидчика, размахивая скалкой и вопя про «экспериментатора хренова».

Ритин резко ушёл вбок, уклоняясь от графина, влетевшего в стену и с громким звоном осыпавшегося осколками на пол. Потом наклонился, пропуская женщину бежать по прямой, а сам оказался чётко за моей спиной с немыслимой для человека скоростью.

— А теперь попробуйте склеить графин обратно, — его громкий шёпот заставил меня вздрогнуть и обернуться. Но поганца уже и след простыл. Его шаги теперь были слышны на второмэтаже, где он окопался и готов был принять бой с моей служанкой.

Я настолько не ожидала подобной смены темы, что удивлённо моргнула, а потом растерянно посмотрела на осколки графина. Склеить? Так я же вроде не бытовик. Судя по книгам, только они умеют склеивать, двигать неодушевлённые предметы. С другой стороны…

Склеивать разбитое, восстанавливать целостность — разве это не характеристика лекаря?

Чувствуя себя полной дурой, я протянула руку вперёд, выставив ладонь в сторону осколков, и произнесла:

— Восстановись!

– Больше экспрессии! – велел сверху Ритин, а потом резко дёрнул головой, уворачиваясь от просвистевшей в воздухе швабры.

Дина недовольно прицокнула и, подобрав юбки, начала быстрое восхождение наверх, громко топая по деревянной лестнице. Так, что вся конструкция заходила ходуном.

– О, нет, – пробормотал вампир, явно раздумывая, не будет ли слишком неблагородно скинуть женщину вниз.

Я предупреждающе показала парню кулак и снова посмотрела на осколки. Он же шутит, правда? Ну как лекарь, даже с магией, может собрать стеклянный графин по запчастям?

И тут я вспомнила операционные: как тело пациента сначала разрезают, чтобы вылечить, а потом зашивают обратно. Иногда его «поломка» приводит к тому, что он становится лучше, чем был. Главное – твёрдая рука лечащего врача. Только вот я не хирург. Я просто медсестра.

И всё же, после недолгого колебания я вытянула руки и начала двигать ими, словно собирая разлетевшиеся части, а потом сшивать невидимыми нитями. Выглядела, наверняка, как дирижёр, увлёкшийся собственным искусством; но почему-то сейчас мне было не столь важно, ржут надо мной помощники или нет. Я просто собирала этот графин. В голове...

И в тот момент, когда в моём воображении он собрался наполовину, осколки на полу вздрогнули... Да, точно, вздрогнули! И ме-е-едленно начали сползаться ближе друг к другу, собираясь в одну кучу.

– Получается, получается! – завопил сверху Ритин, свешиваясь, словно обезьяна, вниз с балясин.

– Батюшки, госпожа! Что же делается-то?! – запричитала Дина не менее громко, чем до этого сбегала вниз по лестнице.

Я старалась не слушать их. Я собирала. Кусочек за кусочком. Сшивала вазу обратно. Это было совсем непросто – на секунду отвлечёшься, и вся конструкция начинала плыть, терять форму,снова рассыпаться. Приходилось раз за разом повторять одно и то же. Уже болели глаза, тряслись руки, чесался лоб от упавшей пряди волос, а убрать её никак – руки-то заняты...