Книга Оживим лекарскую лавку, или Укольчик, Ваша Светлость?, страница 113 – Мотя Губина

Какое-то время мы молчали, а мужчина задумчиво барабанил пальцами по подлокотнику кресла. Я не торопила его, давая возможность самому принимать решение.

— Вы просите полностью поменять моё отношение к вам как к женщине.

— Да.

Он сердито вздохнул и отвёл взгляд.

— Мне импонирует то, как вы говорите. Более того, я восхищён вами ещё больше. Но то, что вы просите…

— Сложно? — посочувствовала я. Конечно, легче было пообещать, что он будет отвечать «да» на все мои просьбы, чем поменять прошивку в собственном поведении.

— Сложно, — кивнул он, — более того, я даже не уверен, что у меня это получится именно так, как вам нужно.

Я улыбнулась.

— Я могу пообещать, что напомню вам о нашей договоренности и при этом не стану винить за старые привычки в поведении.Если вы захотите открыться и общаться… Всегда…

Губы мужчины дрогнули, и он, кивнув, поднялся с кресла.

— Боюсь, мне нужно уложить в голове наш разговор. Вы позволите?

Я встала следом и указала на склянки на столе.

— Вы сможете делать уколы самостоятельно?

— Если туда, куда имел наглость уколоть мой неуважаемый родственник, то да, я смогу и сам, — голос Кристианера был серьёзен, но в глазах плескались бесенята. — Я надеюсь выздороветь и предстать перед вами не умирающим калекой, а тем, кем я был всю жизнь. И я… — он сглотнул, — обещаю, что постараюсь понять, как именно нужно с вами общаться. Но для этого я хотел бы ещё раз в тишине обдумать наш разговор.

Я подошла к нему вплотную и после недолгого колебания встала на цыпочки и поцеловала твёрдые губы.

— Я думаю, что у вас уже это получилось. Спасибо.

Кристианер раздражённо выдохнул, а потом рывком притянул меня к груди, сминая губы в жёстком, властном поцелуе. Сейчас он был не так сдержан, как в прошлый раз, выплёскивая весь тот огонь, что до этого подпитывал его упрямство и его сдержанность. Сильные руки взяли мою талию в жёсткий захват, буквально впечатывая в тело мужчины. Казалось, я могу почувствовать каждую мышцу, каждое движение крови по артериям его организма.

Закрыв глаза, я запустила руки в шелковистые густые волосы, с удовольствием обхватывая крепкую шею и притягивая его к себе ещё ближе.

Это самый сложный выбор мужчины, который только может быть. Но я была готова попытаться и сделать всё для того, чтобы жизнь рядом с ним была счастливой.

— Мне пора идти, — прошептал он.

— Иди, — ответила я, не отрывая руки от его шеи. Боюсь, теперь общаться на «вы» у нас уже не получится.

Три поцелуя уже не спишешь на погрешность. Это точный и окончательный диагноз…

Кристианер зашёл к нам вечером в тот момент, когда мы сидели все вместе в гостиной и дружно отдыхали от дел насущных. Кто как умел…

Дина, вопреки моим возражениям, весь день драила в доме полы, а сейчас устроилась в небольшом кресле-качалке в углу и вязала красивую узорную салфетку, тихо что-то напевая себе под нос.

Ритин бился над рецептом зелья от бесплодия, которое он разрабатывал для мистера Роксона уже всю неделю. Хотя… Думаю, если у него всё получится, то желающих получить подобный эликсир будет более чем достаточно. Потому что, как оказалось, не всё в этом мире можно вылечить лекарской магией. Так как нельзя вылечить то, чего нет. И если нужные клетки в организме мужчины просто-напросто отсутствовали, то хоть залей я его до краев своими силами — ему бы это не помогло. Так что на ближайшее время у моего помощника появилось увлекательное занятие на все свободные вечера. Он сидел, уставившись в исчерканный и истерзанный блокнот перед собой, и с видом гениального мыслителя чесал кончиком карандаша кудрявый затылок. Я практически слышала, как скрипят мозги у него в голове, стараясь придумать то, что не только озолотит своего создателя, но и скажет новое слово в местной медицине.