Книга Оживим лекарскую лавку, или Укольчик, Ваша Светлость?, страница 108 – Мотя Губина

— А если он там умрёт?! — жалобно вопрошал секретарь Кристианера, топчась на пороге в лабораторию, куда ему ход был закрыт. — Он такой тощий, страшный. У него глаза ненормальные! Зачем он вообще на работу пошёл? Он посетителей пугает, гремя своими цепями и время от времени хрипя так, будто его душат.

— Если умрёт, похороните со всеми почестями, — рассердилась я, с размаху захлопывая дверь. — А мы здесь зачем? Чтобы попытаться его спасти…

— Так может, это… — пробормотали из-за закрытой двери, — вы всё же дадите ему то, что он просит?

— Чего, например?

— Ну это… крови… — последние слова посетитель практически прошептал, а потом мы услышали топот пяток по ступеням лестницы, потому как Ритин на него хорошенько рыкнул.

— Совсем полоумный, — проворчал вампир. — Сейчас одним глотком дяде не поможешь. Стоит ему только попробовать, и он не остановится, пока не выпьет вас досуха. Где бы вы ни находились. А после этого вообще станет монстром похлеще нежити. По закону вампир, убивший человека, подлежит уничтожению, потому что он будет выпивать всё живое вокруг себя. Тот же лич, который считается страшным, моему сумасшедшему дяде даже в подмётки не будет годиться.

— Вот поэтому не болтай, а работай, Ритин, — поторопила я.

— Есть! — козырнул он.

И вот, спустя часы неимоверных усилий, страданий и, если честно, ругани, концентрат жидкости, которым мы планировали лечить вампира, был готов.

— Кто пойдёт? — прошептал Ритин, завороженно глядя на небольшие колбочки, готовые к работе. Пока лекарства было с запасом где-то на месяц. Но если всё пойдёт хорошо, то сидеть на этом вареве Кристианеру всю жизнь. А то и больше…

Я задумалась. Хорошо бы мне пойти, ведь я могу, если что, проконтролировать его состояние. С другой стороны, мало ли, как он отреагирует на моё присутствие…

— Ты иди, — со вздохом кивнула. Доверить эту работу немного взбалмошному Ритину было страшно, но выбора, похоже, и не было. — Только подожди, покажу, как укол ставить.

Парень кивнул и с выражением вселенской брезгливости слушал, куда именно этот укол надо ставить.

— Наместник меня ни за что не простит, —прошептал он в ужасе, бессознательно почёсывая пятую точку на собственном теле. — Прямо… туда… Как я потом спать буду?

— Сейчас он не в том состоянии, чтобы тебе помешать, — возразила я. — Мой тебе совет: сделал дело, проверил, что его пульс восстановился, и беги. Потом, как отбуянится, придёшь и проверишь основные показатели. Когда он станет адекватным, то и сам себе сможет уколы колоть. Главное сейчас для нас — вывести его из этого состояния.

— Ваши бы слова… — проворчал парень, со вздохом беря склянки и пару шприцов на случай сопротивления.

— Удачи! — от всей души пожелала я. И когда ветер, поднявшийся от убежавшего вампира, улёгся, проворчала: — Она тебе понадобится…

Ждать пришлось недолго. Я успела только выпить местный кофе и выйти в маленький садик, находящийся позади лавки. Здесь всё находилось в довольно запущенном состоянии ещё со времён Джона Керри. Дина, правда, уже потихоньку наводила порядок, благо территория была совсем небольшая. Пара грядок, пара кустиков и малюсенький пятачок, где можно было поставить либо кресло и столик, либо котёл с каким-нибудь зельем, которое слишком вонючее, чтобы делать его в лаборатории.