Книга Особенные. Закрытый факультет, страница 37 – Светлана Шавлюк

– Вообще-то, это не гуманно, – заключила Алиса.

– Это спасает массу жизней и предостерегает сомневающихся от необдуманных, преступных действий. И это их выбор, который они сделали самостоятельно, – жестко отрезала преподавательница.

Да уж, с преступниками тут не церемонились. А с предателями и вовсе даже не думали сюсюкаться. Наверное, это и правильно, особенно в том положении, в котором они сами находились.

Глава 9

Первая неделя занятий пролетела, как ни странно, в одно мгновение. Несмотря на все ужасы, о которых нам рассказывали, учиться мне нравилось. Предметы были интересными, с налетом мистики, да и преподаватели знали, как заинтересовать студентов, чтобы они ловили каждое слово. Да и не сложно было. Пока. Наверное, потому что шокирующая манера преподнесения информации оставляла глубокие рельефные отпечатки в памяти.

В выходные я вспомнила о той информации, которая не отпечаталась не только в моей памяти, но и в тетради ее не было. И что-то мне подсказывало, что личное знакомство с преподавателем никак не спасет меня от его праведного гнева, когда он не обнаружит в моей тетради конспекта. Поэтому, в один из вечеров я сидела в читальном зале, обложившись не только учебниками, но и тетрадью одногруппницы. Пришлось не только бездумно переписывать, но и вникать в тему, что без учебников не всегда получалось. Поэтому, освободилась я уже ближе к ночи. Но в студенческом общежитии кипела жизнь. И с одним из них мы не разошлись в широком коридоре.

По ноге сзади пришелся удар чем-то тяжелым. Как раз под коленку, отчего меня повело. Если бы не встреча со стеной, то близкое знакомство с рисунком каменного пола мне было бы обеспечено. А так, отделалась лишь ушибленным плечом.

Вскинула взгляд, чтобы увидеть того, кто был виновником моего ушиба. Впереди маячила белобрысая макушка. В руках парня болталась небольшая сумка, которой он размахивал, шагая вперед. Что-то в нем показалось знакомым, и я почти сразу вспомнила инцидент на балу.

– Парень, – окликнула его, но он даже не отреагировал. Извинения для слабаков, видимо. – Кажется, ты кое-что забыл, – сквозь зубы проговорила я, глядя в спину этой сволочи.

– Что? – он обернулся и облил меня таким презрением, что захотелось умыться.

– Намордник. И поводок. В нашем мире крупных животных без этих атрибутов нельзя в люди выпускать.

– Девочка, ты уверена, что эти слова собиралась адресовать мне? – он медленно приближался, отчего у меня бешено колотилось сердце, и я с трудом за этим грохотом расслышала слова обидчика.

– Уверена. Или ты тут других собак видишь? Или ты вокруг себя вообще ничего не видишь?

– Закрой рот, бешеная сучка, – он навис надо мной, но я упрямо и почти бесстрашносмотрела в его глаза. Плечо от столкновения со стеной саднило до сих пор, и эта боль вызывала у меня дикое желание залепить звонкую пощечину зарвавшемуся оборотню, несмотря ни на что.

– Бешенный у нас тут один. Ты. Обратись в вет. клинику, тебе уколы пропишут и от общества изолируют.

Он замахнулся, я вздрогнула. Перевела взгляд от зависшей в воздухе руки на него и тихо, незнакомым даже самой себе голосом проговорила:

– Тронешь меня, урод, и вылетишь из академии, как пробка из бутылки шампанского. Побежишь, как та самая сучка, под крылышко своего папы, который защитит тебя.