Книга Особенные. Закрытый факультет, страница 2 – Светлана Шавлюк

– Кто у нас дитя интернета? Ты или я? Посмотри, насколько данные правильные, адрес там, другие реквизиты.

– Точно! – спохватилась я.

Перебралась в кресло, откинула крышку ноутбука. В нетерпении постукивала носком по полу. Как назло, ноутбук, этот образчик современной техники, загружался медленно. А потом еще столько же подключался к интернету. Тормоз.

Наконец, страничка Яндекс-поисковика порадовала своей желтой рамочкой, в которую я вбила название иркутского института. Проблем с поиском не возникло, первая же строка привела меня на невзрачный сайт, который создавался, похоже, в прошлом веке. Графический дизайн явно для слабаков.

На главной странице оказалась длинная простыня об истории создания института, о том, как он преобразовывался и рос. Меня это интересовало мало, поэтому, я сразу пробежала глазами боковое меню и нашла вкладку «Контакты». Как бы ни надеялась, а все данные соответствовали тем, что были указаны в письме. Вот только была одна странность. Номера телефона не было нигде. А вот график работы приемной комиссии указали. Оставалось надеяться, что он актуален. Еще немного побродив по серенькому непривлекательному сайту, нашла описание факультетов. И даже удивилась, когда средипрочих нашла и мой, тот самый закрытый факультет. Только никаких описаний под черным жирным заголовком не оказалось.

– Все страньше и страньше! – проговорила я и обернулась к маме, которая стояла позади.

– Ошиблись, – пожала она плечами, – институт у них крохотный по сравнению с остальными, вот и привлекают таким образом внимание абитуриентов.

– Не, я скорее поверю, что это чей-то розыгрыш. Ладно, может и не ехать вовсе? Что я там забыла.

– Выброси письмо и забудь, – мама пожала плечами.

– Что-то мне все это не нравится. В понедельник позвоню в Нархоз и уточню все ли в порядке с нашим договором. Хотя, – прищурилась, пожевала губы и улыбнулась, – прямо сейчас и проверю. Приказы о зачислении на сайте уже вывесили, я видела объявление.

Уже через несколько секунд я пробегала взглядом строчку за строчкой на отсканированных списках зачисленных на факультет. И результат ошеломил не только меня, но и маму. Соловьевой Валерии Александровны 1999 года рождения нигде не значилось. Не было такой студентки.

Негодуя и посылая проклятья на голову того, кто все это затеял, зарылась в кипу бумажек, которые остались со школы, и среди которых затерялся договор на мое обучение. Но и тут меня ждало разочарование, а после еще и страх, паника и непонимание, ведь договора не было. Мы перевернули весь дом, но листы в аккуратной синей папочке с изображением одного из корпусов и эмблемой университета исчезли, будто и не было их. Теперь и мама начала беспокоиться, а я была готова расплакаться. До начала учебного года оставались жалкие четыре дня, которые скорым поездом промчатся мимо. К тому же, два из них выходные, один придется потратить на прояснение ситуации, а потом еще и снова поступить.

– Так, не истери! – строго сказала мама, – в понедельник съездишь, разберешься. Я постараюсь отпроситься с работы, с тобой поеду. Но это странно.

В понедельник, ранним утром, подскочила, как ошпаренная, быстро позавтракала, привела себя в порядок и отправилась на поиски вообще неизвестного мне института туризма, который находился на самой окраине города. Маму с работы не отпустили, поэтому мне пришлось самостоятельно решать возникшую проблему.