Книга По ту сторону леса. Часть 1, страница 63 – Ольга Морозова

Ярисгунн пытался пересечь Черный лес, чтобы попасть туда, но не смог. Нужно было искать Тропу. Теперь кочевник был отчего-то уверен, что сможет найти нужную дорогу. Он неосознанно прикоснулся рукой к скрытой под одеждой ведьминой бусине. Совсем скоро сможет увидеть сестру. Осталось только достать клык.

Языки огня погребального костра лизали пасмурное, нахмурившееся тяжелыми тучами небо. В Янтарном граде на высоком холме напротив княжеского терема хоронили погибших при взрыве.

Белояра стояла подле отца, ощущая себя до крайности странно. Она не помнила ни костра, возведенного для матери, ни другого — для второй жены отца. Воспоминания подернулись дымкой, скрылись за туманным маревом, оставив лишь смутные очертания.

Свою мачеху, княгиню Елень, Белояра не очень любила. Хорошо княжна помнила ее заносчивость и пренебрежение, которое ребенок чувствует лучше всего. Елень была тонкокостной, хрупкой, словно фарфоровая статуэтка. И очень красивой. Эту свою красоту молодая княгиня тщательно поддерживала и берегла, оттого и беременность её, такая желанная для князя, мечтавшего о наследнике, для Елень стала почти ударом. Из рассказов Аглаи Белояра знала, что второй жене отца долго не удавалось понести. Все списывали на ее внешнюю хрупкость, но теперь княжна вполне допускала, что все было не так: Елень не хотела детей.

В этот раз княжна ощущала жар, исходящий от огня, что почти обжигал нежную кожу лица, и боль потери в груди, потому что в случившемся чувствовала и свою вину.

Эрик Риндольф, один из старейшин Ловчих, был старшим братом Елень. Он едва не погиб, защищая людей от волшбы княгини Ириль. Ту загнали в угол воины князя и умерли в один миг, сметенные мощной волной силы, схожей с той, что была у Лордов.

Тела погибших на погребальном костре были укрыты тряпицами. Княжна слышала, что от людей мало что осталось, но сама сразу прийти к месту взрыва не смогла — её туда попросту не пустили. Уже позднее Белояра тайком пробралась в сад, и увиденное повергло её в ужас. Деревья были вырваны с корнем, частокол крепостной стены вокруг терема прогнулся, наклонился в сторону города, лишь чудом устояв. Белояра из разговоров знала, что воины, которые в тот момент стояли караулом на боевом ходе, упали с высоты трех метров прямо в ров, сметенные взрывной волной. Терем тоже зацепило, но в меньшей степени: пострадал флигель у западного крыла, где находились гостевые покои, выбило стекла на крытой галерее у самой крыши, где находились портреты Великокняжеского рода, да послетала только-только проложенная черепица. Щит, что создал своей силой ЛовчегоЭрик, смог защитить лишь людей и воинов, стоявших рядом. Он отбил атаку Ириль, и от соприкосновения их сил и произошел тот взрыв, оставивший после себя черную воронку и несколько десятков погибших.

В числе тех, ради кого возвели погребальные костры, были и Милава с Малишей. Последняя так и не очнулась. Белояре было жаль ее: погнавшись за властью у княжеского престола, она пошла на сделку с Ириль, оказавшейся пособницей Лорда. И умерла, едва связь с покровительницей прервалась.

Саму княгиню Ириль схватили, но как знала Белояра, допросить ту не удалось: едва поняв, что ее вот-вот поймают, женщина произнесла что-то, сорвав с шеи подвеску. В считанные минуты кожа Ириль покрылась голубоватой ледяной чешуей, а сама княгиня погрузилась в сон. Ее сковали цепями, закрыли в подвале старой тюрьмы, находившейся под городом, и выставили охрану, которая должна была сообщить о малейшем изменении в состоянии пособницы Лорда. Камеру закрывал Лесъяр, запечатав дверь с помощью рун. Таким образом никому из людей открыть ее не удастся, а одурманить Ловчих никому из Лордов не под силу.