Книга Предавшие крылья, страница 31 – Елена Яр

С другой стороны от ристалища поднималась глухая стена. По всю ее высоту была выбита руна гашения магии. Вероятно, туда направляли вышедшую из-под контроля атаку. Интересно, за стеной есть трансформатор и накопитель, чтобы все эти студенческие всплески не расходовались зря?

Студентов уже было много, не меньше пары десятков. Большинство – парни, но три девушки все же наличествовали. И все как один подняли на меня глаза. Я чувствовала любопытство, сомнения, даже презрение. Но нечто объединяло всех: зависть. Они, чтобы оказаться сегодня в этом месте, шли долгих четыре с половиной года. А я просто прошагала в ворота. И я понимала эту препарирующую, испытывающую колкость их взглядов. Но легче от этого не становилось.

Едва подавила в себе желание сбежать. Отвлеклась на маленькую, но первоочередную проблему: куда сесть? Уйду наверх – решат, что ученик Грома струсил. Сяду вперед – решат, что выделываюсь. Так что я направилась к одному из средних рядов, но едва я вознамерилась занять свободное место, парень с ряда выше бросил на сиденье передо мной сумку.

– Здесь занято.

Рыжее веснушчатое лицо расплылось в такой глумливой улыбке, что списать это на случайность не удалось бы при всем богатстве фантазии. Я посмотрела ему прямо в глаза и четко произнесла:

– Один.

– Что? – Выражение непонимания мелькнуло и снова спряталось за издевкой.

– Я делаю скидкуна тупость оппонента и прощаю хамство лишь трижды. У тебя осталось две попытки.

– За тупого ты тоже мне непременно ответишь, но сейчас меня гложет любопытство. И что же будет после цифры три?

Выбить из седла его не удалось, хотя я не особо и рассчитывала.

– Пусть будет сюрпризом.

Взгляд рыжего метнулся за мою спину. Не надо было оборачиваться, но я инстинктивно поглядела через плечо. Алекс Шеффилд. Он стоял, скрестив руки на груди и недовольно меня разглядывал. И рыжий расслабился: раз лучший ученик курса, куратор новенького, его тоже не одобряет, то беспокоится не о чем.

Я отвернулась и направилась на верхние ярусы аудитории. Что ж, наблюдать за всем вообще-то лучше именно отсюда. Надеюсь, меня сегодня трогать не будут, и я смогу составить хоть какое-то мнение об однокурсниках.

Но и этой мечте исполниться не удалось.

Едва высокий и тощий, как жердь, преподаватель вошел в дверь, его острый взгляд тут же выцепил меня среди остальных. Темные глаза блеснули как-то особо предвкушающе, и я заподозрила неладное. Как я прочла в памятке, его звали господин Данли – дурацкое имя, не зря мне сразу не понравилось.

Он прошел к преподавательскому месту, которое было сбоку у окна и обозначалось небольшой тумбой, обвел глазами присутствующих и торжественно сказал:

– Господа маги, рад приветствовать вас в этот удивительный день. Никак я не предполагал, что в середине пятого курса у меня учеников прибавится. Обычно личинки магов лишь отсеиваются в силу своей несостоятельности.

Угольки глаз вцепились в меня, а рот растянулся в неприятной улыбке.

– С вами теперь будет ходить на занятия ученик самого Басбарри Грома. Его зовут Фима Харпер, и я предлагаю ему сразу же показать нам, что он освоил на Громовом Хребте.

– На Грозовом, – громко поправила его я. Понятно, что он знал, где живет Басбарри, и ошибку сделал специально, чтобы меня проверить. Если и были головы, которые ко мне не повернулись, то сейчас эта оплошность была моментально исправлена. Я встала и направилась на ристалище. Взгляды буравили меня, вызывая жгучее желание сотворить что-нибудь огненное, яркое и, возможно, обжигающее. Я бы поглядела заодно, насколько хорошо господин Данли преподает защиту. Картина была такой четкой и желанной – я едва сдерживалась.