Книга Сердце Феникс, страница 182 – Евгения Чапаева

– Когда выживем. У меня слишком много планов, чтобы умереть прямо сейчас.

Кира встала, уступая место Фирену и Лексану, и они тотчас склонились над Финорис снова. Лексан аккуратно взял ее за руку. Внутри купола стало тихо. Зарак сумел заразить всех своей уверенностью.

Кира почувствовала на себе тяжелый взгляд Шеду и, набравшись храбрости, повернулась к нему.

– Что-то хочешь мне сказать, Шеду? – Она вздернула подбородок выше.

Он хотел выплеснуть гнев. Сказать, что она могла погибнуть, что ее безрассудный рывок мог все разрушить. Слова стояли комом в горле.

Но когда Кира замерла перед ним, молчаливая и упрямая, он не сказал ничего. Только протянул к ней руку, и его пальцы коснулись ее шеи. Там, где билась венка.

Жар и тьма встретились, переплелись, и по ее телу пробежала дрожь.

Шеду наклонился к ней, почти касаясь губами ее виска.

– Больше так не делай. Если бросишься в пекло, я пойду за тобой, – тихо прошептал он и притянул ее в свои объятия, закрывая своим телом, будто пряча от целого мира.

В эту минуту под магический купол влетел Аарон и остановился у самой его границы.

В его руках – окровавленный клинок, щека рассечена, рукав разодран. Увидев Киру в объятиях Шеду, он отвернулся, сжав зубы.

– Купол долго не выдержит, – бросил Аарон в сторону. – Если собираетесь придумывать план, как свалить отсюда, делайте это быстрее.

Кира даже не обернулась.

Шеду обнял ее еще крепче, замерев ненадолго, чтобы запомнить живое тепло ее кожи и бешеный ритм сердца. Потом разжал руки и отпустил, понимая, что им действительно пора выбираться.

Появление Мирры сопровождалось глухим стоном. Она осела на землю у свода купола, вытянув ногу. Кровь все еще сочилась, но рана постепенно затягивалась.

Фирен, заметив ее, отвернулся от сестры, резко встал и подошел осмотреть ее ногу.

– Если кто-то решит, что я ною, – это не нытье. Это прелюдия к красивой гибели, – пробурчала она, не глядя ни на кого. Потом будто вскользь посмотрела на Фирена. – Я, если что, завещаю тебе свой плащ. Он тебе будет к лицу.

– Ты не умрешь, – коротко сказал он даже не моргнув.

– Романтично, – фыркнула она. – Правда, мне бы хватило банального «Держись, Мирра».

– Я тебе не нянька. – Но голос предал его, дрогнув.

Мирра вздохнула, повернула ногу, чтобы ему удобнее было обследовать рану, и откинулась на локти:

– Да знаю я. Ты у нас – моральный компас. Один раз отклонился, и всю жизнь себе не простишь.

Фирен отвел взгляд. А она добавила, уже тише:

– Ты выбрал сторону Киры тогда. Я не злюсь. Раньше злилась. – Она замолчала на секунду. – Но это не значит, что я разучилась любить тебя. Или хотеть сдохнуть рядом с вами, а не где-то в одиночку.

Он резко поднял на нее глаза. В них на миг мелькнула боль и вина.

– Ну и молчи, – буркнула она. – Все по старой схеме.

И прикрыла глаза.

Но улыбка на губах дрожала: он не отвернулся.

– И на этой прекрасной ноте пора придумывать, как отсюда выбираться. – Лексан, удостоверившись, что Финорис окончательно пришла в себя, все еще крепко держал ее за руку.

Снаружи было тихо.

Слишком. Будто все, что пряталось за границей купола, затаило дыхание – в ожидании одного-единственного движения.

Первой это почувствовала Кира.

Она встала, прислушалась – и поняла, что разлом перестал гудеть.

– Что-то не так, – пробормотала она. – Они не нападают.