Книга Ритмы дьявола, страница 49 – Сьюзен Рэй МакКлайн

Кессади похлопала меня по плечу перед тем, как уйти к партнеру. Когда Эндел указал на Саманту и ядовито улыбнулся мне, я предположила, что он задумал нечто подлое. Деловито поднявшись, я направилась к Гневу, сжав кулаки. Только бы она не убила меня. Хотя бы сейчас.Девушка тяжело вздохнула, когда я попала в поле ее зрения. Она не была в восторге от противника вроде меня, который походил на грушу для битья.

– Эй, – обратилась я к Саманте, неуютно затормозив у ее парты, – ты вроде как спасла меня.

– Не обольщайся. – Гнев встала, возвышаясь надо мной, как скала. – Я просто ненавижу червей.

– Ладно.

Саманта прошла мимо, нарочито задев меня плечом. Кажется, я начинала привыкать к ее темпераменту и не злилась на толчки или оскорбления. Она была воплощением Гнева и не могла утихомирить свой пыл, как бы ни пыталась.

Эндел построил нас у первых парт и взмахнул руками, словно объявляя о начале шоу.

– На боевых искусствах вы сражались друг с другом, сейчас же перед вами стоит задача – найти слабое место противника путем анализа его Греха.

Я сглотнула, глянув на Саманту. Похоже, она была единственным экземпляром без уязвимых мест. Я и представить не могла, что могло бы ее сломить.

– Как справитесь с этой задачей, можете искать способ подавления противника. Ментально. Результаты представите через десять минут, и-и-и, – профессор взглянул на наручные часы, – время пошло.

Студенты принялись за задание, и мы с Самантой неспешно встали друг напротив друга. Ее темные глаза пугали меня, как и испещренное татуировками тело, но она не должна была этого заметить. Я старательно прятала страх под толстой коркой безразличия, которую Гнев не могла пробить, как бы ни пыталась. Это злило ее, но она не останавливалась, пытаясь прочесть меня.

– Как и все Гордыни, ты боишься пасть в глазах других, – изрекла Саманта, нагнувшись ко мне. От нее пахло железом и землей.

– Это очевидно. Что-то еще?

– Тебя легко сломить, поставив ультиматум. Если ты достаточно сильна – не поддашься провокациям, пусть они будут стоить чьей-то жизни.

Я была поражена, ведь представляла Гнев как недальновидную особу. Вероятно, с логикой у нее дела обстояли хорошо, чего нельзя было сказать про контроль эмоций. Даже при разговоре со мной она умудрялась сминать тетрадь и свирепо покусывать губу.

– Хорошо. Моя очередь. – Я выдохнула, стараясь сосредоточиться на ней. Саманта была примитивной версией Гнева, и я без труда раскрыла ее натуру: – Тебя может вывести что угодно – это факт, но больше всего ты ненавидишь доброту, которая является мощнейшей прикормкой ярости. Подавить тебя с помощью добрых намерений – невозможно, однако эффект может возыметь другое: нужно создать ситуацию, где ты не будешь зла. Проанализировав несколько дней твоей жизни, я могу составить идеальную картину того, когда ты менее агрессивна, и воспользоваться этим. Природа Гнева не предполагает ежесекундную злость: по тому же принципу живут другие Грехи. Всегда можно поймать момент, когда ты будешь более уязвима.

Саманта нахмурилась, но потом расслабилась, оценив мои старания:

– Неплохо.

– Как раз сейчас один из этих моментов, – подметила я и в спешке добавила: – Теперь ты вернешься к злости, потому что я прочла тебя.

– Прекрати. – Гнев фыркнула, сжимая кулаки. На ее лбу пульсировала венка.