Книга Я была воительницей, но переродилась в теле леди. Том 1, страница 3 – Хе Рим Сон

С тех пор она так и не пришла в себя. Сед вспомнил, как непроизвольно рассмеялся, когда услышал об этой абсурдной истории в самый разгар своих хлопот. Кто-то вынужден справляться с потерей отца, а кто-то готов так легко расстаться с жизнью из-за ерунды. Ну разве она не глупа?

Среди рыцарей Седа был один такой. Его бросила девушка, и тот, не видя другого выхода, решил расстаться с жизнью через повешение. Само собой, Сед дал пареньку на собственном опыте прочувствовать, что такое риск настоящей смерти, подвесив его вверх ногами и нанося удары один за другим, тем самым возвращая ему желание жить.

В этом вопросе Сед не видел разницы между мужчинами и женщинами и подобное поведение считал отвратительным. Кому-то такие поступки кажутся весьма романтичными, но Сед полагал, что человеку не пристало зависеть от одного-единственного чувства.

И теперь девушка, отвергнутая наследным принцем и порицаемая светским обществом, – его невеста. Все-таки у отца был крайне невыносимый характер. Сед снова выругался на почившего герцога Хайнта.

– Говорят, она очнулась пару дней назад.

– Кто?

– Дочь графа Айдина, – сообщил герцогу Бернард, его адъютант.

Лицо Седа недовольно искривилось, и все же у него хватило совести не думать, что было бы лучше, если бы она вовсе не очнулась.

– Знают ли в семье графа Айдина о помолвке?

– Должно быть, священнослужители сообщили о ней, когда обнародовали завещание. Поскольку на документе стоят печати храма, это входило в их прямые обязанности.

Ну что за чертовы проныры!

Вероятно, семья графа Айдина не знала о помолвке до оглашения завещания. Иначе они бы не осмелились позволять девушке развлекаться с наследным принцем, имея в качестве жениха будущего герцога Хайнта.

«Значит, графский род Айдин…» – Сед погрузился в раздумья.

Граф Айдин был кузеном покойной императрицы, матери наследного принца, которого семья Айдин открыто поддерживала. Возможно, отец составил такое завещание, чтобы и Сед встал на его сторону? Иного объяснения не находилось.

Сед вздохнул. Ну почему ему выбрали именно такуюневесту?

– Похоже, теперь ничего не поделаешь, – недовольно пробормотал он.

Бернард тоже вздохнул, вторя терзаниям своего господина. Наверняка имелся способ расторгнуть помолвку, но это требовало согласия обеих семей. Граф Айдин, зубами вцепившийся в род Хайнт, ни за что на это не пойдет.

– Передай им, что я заеду через пару дней.

Когда девушка открыла глаза, перед ее взором предстала роскошная люстра, сияющая в ярких солнечных лучах. Эстель моргнула. А затем мигом вспомнила все, что с ней произошло.

Она собиралась что-то сообщить Халиду. Что именно, Эстель не помнила. Наверняка что-то по поводу их военной тактики. В середине разговора Халид внезапно захотел ее обнять. В самом прямом смысле этого слова. А когда Эстель, удивленная неожиданным жестом, широко раскрыла руки и обняла его, Халид вонзил в ее живот отравленный клинок.

Но она была жива. Жива и здорова. Вместе с этим осознанием к ней пришло чувство облегчения и радости.

«Халид, вот же гаденыш! Сделал вид, что прирезал меня!»

Если подумать, это было единственным объяснением произошедшему. Парень ни за что бы не стал ее убивать. Ну каков засранец! Лежа на спине, Эстель улыбнулась собственным мыслям.

Халид был в своем репертуаре. Все происходящее соответствовало его отвратительному нраву: он часто разочаровывал Эстель своими поступками, будто испытывая ее доверие, но затем непременно переворачивал ситуацию в свою сторону, наслаждаясь сменой эмоций на ее лице. Однажды он так сильно разозлил Эстель, что получил удар кулаком прямо в лицо, после чего потерял всякое желание вытворять что-то подобное.