Книга Я была воительницей, но переродилась в теле леди. Том 1, страница 129 – Хе Рим Сон

Слова Мэтси будто прошли мимо нее. Люцифера откинулась на спинку сиденья. За окном медленно проплывал мирный пейзаж, и поток мыслей в ее голове не останавливался.

Несмотря на нынешнее затишье, верное ли решение принял граф, сократив рыцарские расходы? Насколько устойчиво это мирное положение?

Люцифера долго разглядывала проплывающие за окном пейзажи, а затем, будто приняв какое-то решение, перевела взгляд на Мэтси. Ей казалось, что он должен обладать обширными знаниями, раз смог столь долгое время успешно управлять владениями. Кроме того, к самой Люцифере он относился с теплотой и добродушием.

– Лорд Мэтси, я по-прежнему ничего не помню.

– Я понимаю. Не торопитесь, госпожа.

– Я не знаю даже общеизвестных истин. Мне нужны знания. Не мог бы ты мне с этим помочь?

– Разумеется, – с радостной улыбкой кивнул Мэтси, и Люцифера улыбнулась в ответ.

Она должна узнать больше о Яншгаре, где теперь жила сама и где уже три года жил Халид. Ее знания об Ольше здесь не годились. Словно лягушка, запертая в колодце, Люцифера не видела ничего дальше своего носа.

Мэтси оказался хорошим учителем, и постепенно он рассказал ей о том, как выстроена власть в стране, какое положение занимает семья Айдин и, самое главное, какое положение в империи занимает Халид.

Гвейн Резерфорд, командующий рыцарями во владениях графа Айдина, в последнее время чувствовал себя как-то странно. Каждое утро он ощущал прилив энергии, хотя и не принимал никакого чудодейственного средства.

Всему виной была молодая госпожа, внезапно свалившаяся на их голову.

Гвейн был старшим сыном семьи Резерфорд и капитаном рыцарского отряда в третьем поколении. После того, как его отец, Шейн Резерфорд, ушел в отставку, Гвейн унаследовал должность отца и стал личным охранником графа. Он искренне восхищался отцом и дедом и хотел быть похожим на них. Гвейн думал, что станет тем, о ком пишут сказки и слагают песни барды. Рыцарем, который сражается со злом с мечом в руках, а, погибнув славной смертью, уходит в объятия богини Астры и становится одной из вечных звезд, сияющих в небе.

Как же он был счастлив, когда получил звание рыцаря!

Однако рыцари графа занимались только тем, что по вечерам патрулировали Коннахт и следили за тем, чтобы старатели не воровали драгоценные камни с прииска. Во владениях графа царил мир, и мечи рыцарей, лежавшие без дела, затупились и проржавели.

Гвейн пытался наладить дисциплину, но у него ничего не вышло. Местные жители не испытывали к рыцарям особенного уважения, а граф не уделял им должного внимания. Он вел себя так, словно понятия не имел о существовании Гвейна, и чаще всего общался с ним через отца.

Единственное, что Гвейн знал о графе, это что тот очень любил свою дочь. Младший Резерфорд то и дело слышал от Мэтси, что граф в очередной раз не поскупился и потратил кругленькую сумму на Люциферу. Гвейн давно копил обиду и, увидев роскошную карету молодой госпожи, почувствовал, как душа вывернулась наизнанку.

Именно поэтому Гвейн не вышел приветствовать леди Айдин. Как он и ожидал, Люцифера тоже не проявила к нему интереса. Когда же она появилась на плацу, Гвейн, поначалу обрадовавшись, разозлился, услышав ее замечания. Поэтому с его языка и слетели те слова. Отец Гвейна всегда указывал сыну на вспыльчивый характер, но тот ничего не мог с собой поделать.