Книга Попаданка в Академии. Истинная для дракона, страница 88 – Тала Ачалова

Я начинаю задыхаться. Легкие горят, горло дерет, и я своими пальцами вцепляюсь в руку того, кто меня держит. На ухо мне в ответ шипят.

Все заканчивается также неожиданно, как и началось.

Мужчина отшвыривает меня от себя, а я, перед тем как упасть, успеваю содрать повязку.

Открываю глаза и, не сдержавшись, ахаю.

Мы на главной площади Антареса.

Если я чего-то и ожидала, то точно не этого.

В центре бьет фонтан, а по четырем сторонам раскинулись Столпы Творения.

Башни Творцов, вспоминаю я, из которых когда-то появились первые драконы.

Площадь абсолютна пуста, сейчас на ней нет ни единого человека.

И это наводит на самые нехорошие мысли.

— Но как такое возможно? — говорю, забывшись, вслух.

— Качественная иллюзия, да? — передо мной оказывается мужчина в темном костюме, черная маска из ткани полностью скрывает его лицо. Лишь прорези на глазах открывают тёмный взгляд.

Рядом с нами еще четверо в такой же одежде.

У каждого из них в руках по кристаллу размером с ладонь разного цвета — красный, прозрачный, голубой и коричневый.

Они крепко их сжимают и расходятся по четырём сторонам, к Столпам Творения.

Мы же остаемся около фонтана.

Мужчина крепко связывает меня магической веревкой по рукам и ногам, хорошо хоть повязку снова не надевает.

Правда, от этого менее страшно не становится.

Как же я могла так подставиться?

Зачем пошла с Элием?

— Где Элий? — задаю вопрос, но мужчина меня игнорирует.

Он сосредоточенно обходит вокруг фонтана, произносит какие-то заклинания, и тут вода перестает бить из пасти дракона.

Мужчина довольно улыбается.

— Нет никакого Элия, — поворачивается он ко мне. — Обман. Думаешь, лишь ты знаешь о камне-перевертыше? Глупая мышка сама прибежала в мышеловку. Пока дракон спасал твою подругу, которой ничего не угрожало, мы увели тебя у него из-под носа.

Он щелкаетпальцами, и меня резко поднимает в воздух, подкидывает. И тут же я жестко приземляюсь в самом центре осушенного фонтана, прямо перед пастью дракона.

Шиплю от боли, потому что бок, на который упала, горит огнем.

Мужчина осматривается по сторонам.

Его соратники уже добрались до башен, и расставили на вершине каждой из них по кристаллу.

Мда, все это напоминает какой-нибудь древний ритуал с жертвоприношением. И подношение в данном случае, судя по всему, я.

Внезапная догадка заставляет меня дрожать.

Ну что за судьба такая незавидная у меня в этом мире — вечно кто-то хочет убить.

Мужчина удовлетворенно кивает, поворачивается ко мне.

— Пора, — произносит он. — Да прольется кровь первой истинной, чтобы воскресить первородных.

С этими словами меня пронзает острой болью.

21

Кровь размеренными толчками выходит из меня.

Падает прямо в раскрытую пасть дракона.

Питает его каменное нутро, зажигает мертвые глаза.

Огромное, древнее чудовище, оно жаждет крови.

Оно принимает ее.

Жадно пьет.

Пьет до тех пор, пока не начинают дрожать камни, рассыпаясь в труху.

Дрожит земля.

Площадь Антареса вдруг начинают сотрясать мощные толчки, как если бы наступило землетрясение.

С четырёх сторон от каждой из башен, идут лучи, пересекаясь в одной точке.

В той самой, где каменный дракон раскрыл каменную пасть.

В той самой, где моя кровь запускает необратимый процесс.

Иллюзия спадает, площадь наполняется людьми. Но все они бегут врассыпную.

Дрожь, которая поднимается глубоко в земле, вырывается наружу, кроша каменную кладку.