Книга Попаданка в Академии. Истинная для дракона, страница 6 – Тала Ачалова

Снимаю заклинание и все вместе заходим внутрь.

— Миссис Тиж, вы не заметили ничего необычного со студенткой? — обращается ректор к целительнице.

— Хм… — задумывается та. — Она была несколько…растеряна. Дудки какие-то вспоминала…

— Дудки? — брови ректора ползут наверх.

— У студентки была кратковременная потеря памяти, как следствие сильного магического воздействия, — не стал скрывать я.

— Вы уверены, Тейран? — мистер Бэнкс бросает на меня внимательный взгляд. Голос ректора понижается до шёпота. — Ситуация подозрительная, и, если это… блуждающая душа… вы знаете, что должны делать. Устранить!

2

— Такая вероятность исключена, — успокаиваю его. — Вам хорошо известно, меня в этом сложно провести.

Ректор кивает.

— Да, блуждающие души — ваш конёк. Как и их устранение.

Несомненно. Всем известно, озвученное явление — одно из проклятий нашего мира. Они приходят из ниоткуда, занимают чужое место. И, согласно законам Шаайриссии, должны быть уничтожены.

Я могу это сделать без суда и следствия. По праву, которое император Балдрик Смелый дал исключительно мне.

Но Ариана — совсем другой случай. Я не чувствую в ней блуждающую душу. Скорее, наоборот.

Она пробуждает во мне то, от чего мы отказались уже давно. То, что лишает рассудка. Истинность. Только за само слово, произнесенное вслух по неосторожности, можно загреметьв казематы.

Еще одно проклятие нашего мира, или дар — тут уж как посмотреть.

И лучше пока держаться от нее на расстоянии.

Ирина/Ариана.

Сознание медленно возвращается, прорываясь сквозь оковы сна.

Где-то совсем рядом слышу обрывки разговора. Дудки вспоминала… Блуждающая душа… Устранить…

Почему-то уверена, что говорят про меня. Но смысл ускользает.

Под ладонями ощущается грубоватый и хрустящий хлопок простыни. Такие еще обычно бывают в больницах. Или, например, были у нас в приюте.

Помимо воли в память врезаются образы из детства. Приют, тоска, одиночество… Мой единственный друг — Лешка. Что с ним сейчас?

С силой сжимаю кулаки, впиваясь ногтями в кожу, стараясь прогнать воспоминания. Надо сосредоточиться на настоящем. Тем более что я, похоже, влипла.

То, что поначалу казалось сном, теперь мало на него похоже. Открываю глаза и слишком отчетливо, ярко, натурально вижу окружающее пространство.

Два небольших окна, из которых льётся яркий свет. Несколько пустых кроватей, ровно застеленных мягкими одеялами. В точности такое же и я сжимаю в своих руках… Руках!

Разжимаю ладони и кручу кистью в разные стороны, во все глаза таращась на то, что всегда было моей рукой! Мои пальцы, знакомые до каждого мозолика и заусенца, теперь совсем иные! Как такое возможно!

Ладонь чуть уже, пальцы длиннее и ногти! Ногти совсем невинно-чистые.

Нет, на моей работе официантам был запрещён яркий маникюр. Но требовали ухоженности. И я, борясь со своей скверной привычкой грызть ногти, всегда покрывала их твёрдым бежевым гелем!

Твою же налево!

Накрывает паника. В ужасе шарю руками по телу. Ощупываю. Ключицы, грудь, живот. Нет, я не изменилась разительно. Все те же кожа да кости. Но все-таки не те!

Я в другом теле! В чужом, неизвестном теле!

Вдруг я ещё и уродка?

Прочувствовать весь ужас положения мешает скрип двери и посетители.

Первой вижу уже знакомую мадам Тиж с невысоким седовласым мужчиной.

Не успеваю и глазом моргнуть, как около моей кровати оказывается тот самый незнакомец, что и принес меня сюда. Хотя, почему незнакомец? Магистр Тейран Эль Харрион.