Книга Экзамен на любовь, страница 14 – Ардана Шатз

– Работать с реакцией сейчас бесполезно, так что займемся растяжкой.

Некстати вспомнились слова Эдмонда про Эйлин. Невольно я бросил взгляд на двери корпуса, но, кроме нас, сейчас на улице никого не было.

С наклонами и растяжкой шеи Лин справилась самостоятельно. Но когда дело дошло груди и рук, ее будто парализовало. Я показал движения, но ее конечности словно одеревенели. Она упрямо пыхтела, пытаясь отвести локоть назад, прижав ладонь к затылку, но либо разворачивала корпус, либо опасно выворачивала запястье.

Пришлось подойти сзади и положить пальцы ей на руку. Эйлин вздрогнула и замерла. Я скользнул по ее предплечью, ощущая гладкость шелковистой кожи, второй рукой прижал ее ладонь и чуть надавил на локоть. Из плотно сжатых губ вырвалсякороткий стон. Пришлось ненадолго уменьшить давление.

Эйлин дышала через раз, но терпела. Хороший признак. Значит, больше не будет сопротивляться и процесс ее восстановления не затянется дольше, чем мне того хотелось бы.

– Другую руку.

Она молча повиновалась, а я придвинулся ближе для удобства, и носа коснулся тонкий аромат жасмина, исходящий от влажных волос. Он пробился сквозь запах пыли на полигоне и дотянулся до моей памяти, которая тут же бросила мне в глаза воспоминания пятилетней давности: Эйлин, насквозь промокшая от дождя, вбегает в здание школы и распускает ленту, туго стягивающую ее золотые локоны. Те рассыпаются по плечам, окутывая меня жасминовым облаком.

– Ай! – Она тонко вскрикнула, и я понял, что снова надавил слишком сильно.

– Прости. – Пробормотал тихо и стряхнул с себя неуместные воспоминания. Все это в прошлом. Мы оба сейчас другие. И оба не испытываем друг к другу теплых чувств. – Терпи.

Она на секунду напряглась всем телом, но тут же расслабилась и снова замерла.

– Обе руки назад.

Она вытянула руки за спину, и я прижал ее запястья друг к другу. Надавил между лопаток.

– Выпрямись.

У нее снова не получалось. Кажется, в Эденберге пренебрегают даже базовой физической подготовкой студентов, если не брать в расчет боевой факультет. Нехорошо. Надо бы объяснить руководящему составу, что состояние тела напрямую связано с магическим потенциалом. Хотя, если учесть, что в попечительском совете до сих пор числится мать Эйлин, вряд ли мое предложение будет хоть как-то учтено.

Эйлин тщетно пыталась стоять ровно. Пришлось перехватить запястья одной рукой, а вторую положить ей на поясницу. Стало гораздо лучше.

– Дыши спокойно.

Ее кожа отдавала жаром мне в ладонь даже сквозь мокрую рубашку. Я чуть потянул ее руки на себя и надавил на поясницу. Эйлин резко выдохнула и прогнулась. Я усмехнулся про себя. Об этом говорил Талверн? Или о наклонах вперед, когда можно прижаться пахом к аппетитным ягодицам студентки, якобы помогая ей делать простейшее упражнение? Видел я, как он подобным образом “помогал” одной из третьекурсниц. Та потом распрямилась вся пунцовая, но не посмела и слова ему сказать.

– Мы закончили. – Я убрал от Эйлин руки, продолжая чувствовать в ладони пульсирующее тепло ее тела. – На ужин стакан теплого молока и горсть орехов.

Она кивнула и пошлав сторону своего корпуса. До сих пор двигалась словно деревянная кукла. Я пару секунд смотрел ей вслед, а потом решил, что без магической подпитки завтра она точно будет не активнее бревна.