Книга Истинная душа дракона, страница 15 – Анастасия Милованова

Да и, в конце концов, я хочу услышать элементарное «прости»!

– Дейда-а-ар, – тяну я, закрывая глаза ивзывая к собственной магии.

Резерв отзывается тягучей болью, сила растекается по магическим каналам, но сознание остаётся в реальности. Я не засыпаю, не уношусь ни в свой сон, ни в чужой. А ведь должна была…

Раньше это всегда работало, но когда Ноктис снял сцепку между нашими с Даром силами, я перестала контролировать чужие сны. Я и свои-то теперь не могу призвать. Теперь мои ночи – это закрыла глаза, открыла глаза. И момент «ничего» между этими двумя действиями.

– Дар, – шепчу я, чувствуя, как предательская влага наполняет глаза. – Ну пожалуйста. Услышь меня, брат. Ты мне нужен.

Продолжаю контролировать магию, не отзываю её, но и воспользоваться не могу. От напряжения голова снова начинает болеть. В какой-то момент ощущение реальности тает, сменяясь блаженным небытием. В нём мне легко, в нём у меня ничего не болит. Ни тело, ни душа. Всё так просто и легко, что не хочется возвращаться. Где-то на краю сознания чувствую знакомую ауру. Родную и пахнущую горечью. Я не слышу мыслей, не вижу образов, но ощущение объятий и тоски захватывает душу. Дейдар всё-таки откликнулся, но или заслон Ноктиса не даёт нам полноценно общаться, либо сам Дар этого не хочет. И вот второе гораздо больнее.

«Прости», – разносится фантомное в голове, когда я резко просыпаюсь от тихих шагов в спальне.

Какого?!

Резко сажусь на кровати, сбрасывая с себя весь ворох подушек. В спальне темно, только свет луны вычерчивает грозный силуэт по центру комнаты. Тёмная фигура, закутанная в плащ, хищный блеск на металлических вставках, украшающих плечи, – я сразу узнаю Ноктиса. Сердце, испуганно бьющееся, почти тут же успокаивается.

– Это я, – тихо произносит дракон. – Не бойся.

Глаза постепенно привыкают к сумраку, царящему в спальне, и вот я уже вижу и острые черты лица Ноктиса, и будоражащее сияние в его тёмных глазах. И испуг, мгновением ранее царящий в душе, сменяется на странное возбуждение. Как предвкушение пикировки с достойным противником. Разница лишь в том, что этому противнику мне всегда приятно проиграть.

– Тебя-то? – фыркаю я, инстинктивно отодвигаясь к стене. – Ты в курсе, что мне, как благовоспитанной леди, сейчас полагается визжать, как истеричка, и звать охрану?

– Как хорошо, что благовоспитанность и ты – антонимы, – с ехидной ухмылкой отвечает Ноктис и подходит ближе.

Я бы могла обидеться,но мы с Ноктисом оба знаем: это не про меня. Хотя бы потому, что меня и впрямь сложно назвать порядочной в общепринятом смысле этого слова.

– А ты, я смотрю, продолжаешь нарушать правила. – Ехидно приподняв бровь, я слежу за действиями Ноктиса. – Мог бы хотя бы ради приличия поиграть в благородного лорда.

Дракон наклоняется чуть вперёд и, протянув руку, ловит меня за лодыжку.

– Правила – это так скучно. – На губах Ноктиса появляется игривая улыбка. – А приличия – не про нас с тобой, Лери. Особенно после всего того, что мы уже наворотили. Иди сюда.

Он одним мощным рывком подтягивает меня к себе. Я оказываюсь сидящей на кровати, а Ноктис стоит между моих широко разведённых ног.

– Что ты делаешь? – со смехом произношу я, когда дракон утыкается лицом мне в живот.

– А то ты не знаешь, – хрипло произносит Ноктис, подцепляя зубами край рубашки и поднимая его.