Книга Возвращаюсь в прошлое, чтобы стать подружкой злодея, страница 12 – Виктория Свободина

– Я также не могу принять от вас одежду, – спешит отказаться от милости Райан.

В моей свите, если бы я решила кому-то одолжить свою одежду, пищали бы от восторга и были на седьмом небе от радости. Никто бы не подумал отказаться. А темный со светлой вон какие бедные, но гордые. Молодые, наивные, принципиальные. Умиляют меня.

– Я не настаиваю, только человек уже мной отправлен за одеждой, да и будет некрасиво перед преподавателями во время лекций источать резкие ароматы столовой. Белла, что тебе взять из еды? Я схожу, а то мало ли кто еще толкнет.

– Ой, что вы, не нужно, – округлила глаза Милн.

– Схожу я, – произнес Райан и не дожидаясь ответа от нас с Беллой, ушел добывать еду для любимой.

– Я же не сказала, что ем, – озадаченно произнесла Милн, но сразу переключилась на другой вопрос. – Аделин, я обязательно отдам вам золотой. Сразу не смогу, потому что…

– Не нужно, как я уже сказала, мы почти родственницы. Я выручила тебя сегодня, завтра может быть ты меня в чем-то. Можешь обращаться на ты, а не на вы. Я ведь на ты.

Райан вернулся очень быстро, Белла как раз успела оттереть от себя часть попавшей еды, но вид у платья так себе. Да и само платье, как уже заметила, не очень.

– Ох, надо же, здесь все, что я обычно люблю есть! – взглянув на принесенный поднос, удивленно-радостно воскликнула наивная душа Белла. Да, я знаю, очень наблюдательный. А уж за объектом симпатии наверняка следит вдвойне. Уж предпочтения в еде точно знает наверняка уже лучше самой Милн.

Дав Милн утолить первый голод, все же решила завести с ней наставнический разговор. Если уж я беру ее в свою свиту, пусть начинает осознавать свою ценность уже сейчас, а не с появления фамильяра.

– Белла, все хотела у тебя спросить, но не было возможности. Почему при малейшей угрозе, ты так пугаешься? Я, конечно, знаю, что детство у тебя было непростое, и живешь ты не в самой приятной семье, где вряд ли научат защищать себя, но в студенческой среде так, как ведешь себя ты, просто нельзя. Если ты боишься, дрожишь, сразу же начинаешь извиняться за все подряд, ты так себя не защитишь, это никак не успокоит, а наоборот только раззадорит и распалит твоего обидчика. Твое положение не самое плохое среди студентов, чтобы так себя ставить. За тобой влиятельная семья, мало кто знает, какие на самом деле у тебя отношения с ней отношения, ты сильный, талантливый маг, красивая, умная девушка, примерная ученица, тебе не из-за чего принижать себя.

Ну вот, у только недавно успокоившейся Милн снова дрожит нижняя губа и глаза на мокром месте. Что я не так сказала? Чем ее испугала?

– Белла, что?

– Мне еще никто и никогда не говорила таким хороших вещей, – дрожащим голоском произнесла Белла. Слезы все-таки хлынули из ясных голубых глаз. И совсем уж я не ожидала, что Милн вдруг порывисто меня обнимет, уткнувшись лицом мне в плечо. – Спасибо, Аделин, спасибо.

Кажется, я знаю, чем пресветлая берет мужчин. Конечно, если она так каждый раз будет реагировать на любое доброе слово. Мужчины наверняка ощущают себя рядом с ней героями и защитниками.

Перевожу взгляд на Райена.

– А вам, вэрт Фарендейл стоило бы…

Темнейший на меня так глянул, что я поняла, что это мне стоит поменьше болтать. Что? Нельзя ему уж и пары советов дать перед возлюбленной? Статус уроню? Так особо и некуда.