Книга Принц льда и крови, страница 132 – Алиса Джукич

В руке Эллина полыхнул белый свет. Снежный поток окутал гвардейца Двора Дикой Охоты, превратив его в ледяное изваяние.

– Нам не нужны свидетели, – тихо объяснил он, снимая маску.

Волосы Эллина снова стали белыми, а карий цвет глаз потерял насыщенность, и они переливались разноцветными огнями, как и прежде. Неблагая магия короля сняла с него заклинание гламура, вернув ему облик зимнего фейри.

Саманта встала. Последний раз взглянув на обреченного пленника, она ударила ногой в его живот.

Лед треснул, рассыпавшись на пол грудой алых осколков.

Я прикрыла рот ладонью, чтобы не закричать, и попятилась прочь от кровавой лавины.

– Каждый гвардеец Александра – жестокий убийца. Чтобы вступить в ряды его армии, фейри собственноручно уничтожают свои семьи, – голосом, полным отвращения и жестокого презрения, вывел меня из ступора Эллин. Он двинулся к нам прямо по хрустевшим под его сапогами алым льдинкам. – Эти мерзавцы заслуживают участь похуже смерти.

Габриэль вызвал водную сферу, наполненную разными свертками, один из которых он вручил мне и Саманте.

– Переодевайтесь, – скомандовал нам генерал.

Задумчиво осмотрев аккуратно сложенные доспехи, в которых меня тренировал Габриэль, я непонимающе нахмурила лоб.

– А ты думала, что будешь по темницам в вечернем платье рассекать? – насмешливо бросил мне генерал, сдерживая широкую улыбку.

Саманта даже не потрудилась отвернуться. Она стянула через голову бархатную ткань платья и тут же облачилась в темно-синие доспехи, поверх которых легла ледяная кольчуга.

Ей было нечего стесняться: Саманта была великолепна. Ее красота граничила со смертельным вызовом, делая ее недосягаемой для обычных мужчин, но не для Эллина.

В горле встал противный ком, который я с усилием проглотила.

Одежда мужчин не изменилась: их сюртуки и рубашки не мешали сражению и не стесняли движений. К наряду Габриэля добавились лишь перчатки с открытыми пальцами и тяжелый обоюдоострый меч с граненым эфесом. Эллин вооружился ледяными кинжалами, которые он ловко крутил пальцами, пока все дожидались меня.

Отвернувшись к стене, я принялась расстегивать пояс платья. Выбраться из этого перьевого наряда, оказалось гораздо сложнее, чем влезть: блестящая шнуровка упорно не поддавалась моим вспотевшим от волнения пальцам.

Внезапно мою поясницу обожгло холодом. Кожа на спине покрылась мурашками, когда Эллин настойчиво отодвинул мои руки и сам принялся расшнуровывать пояс.

Вырез платья не давал возможности надеть бюстгальтер, поэтому, как только король справился с первым рядом лент, черный шелк соскользнул вниз, полностью оголив мою грудь.

За спиной я расслышала сбивчивый вздох Эллина. Его движения стали резче. Сильнее, чем требовалось, он потянул одну из лент, и, не устояв на месте, я уперлась спиной в его сильное тело.

До крови закусив губу, я приказала себе сосредоточиться на боли, а не на тягучем чувстве внизу живота.

– Знаешь, о чем я сейчас думаю, Агнес? – прошептал мне на ухо Эллин, перебирая оставшиеся ленты.

Я громко сглотнула, но промолчала, испугавшись, что голос выдаст мое возбуждение, и прикрыла отяжелевшую грудь руками.

И снова сбивчивый вздох наполнил холодом пространство возле моей шеи.

– Если бы не мои друзья, я бы уже давно разорвал это чертово платье в клочья.

Я тихо взвизгнула, почувствовав, как ледяной кинжал Эллина вспорол пояс платья, освободив меня от тяжелой юбки. Король не спешил отходить от меня. Оставшись в одних черных трусиках, я все еще была крепко прижата к нему.