Книга Адское пламя, страница 238 – Алиса Джукич

Аваддон отозвал армию, чтобы не усугублять положение Лилит, но Принцы наотрез отказались менять меня на возможность спасти мать. Если Люцифер останется жив, он не пощадит никого.

Кайлан, Аваддон и Астарот выстроились в ряд, укрывая меня спинами. Между нами и Люцифером пролегало целое поле, но даже на таком расстоянии ощущалось, как давит на плечи его великая сила.

На моих руках порхали тени, реагируя на царившую в воздухе чужеродную магию. Я потянулась глубже в сознание и приманила золотинку, позволив ей смешаться с мглой и создать смертельный для Повелителя Ада дуэт Света и Тьмы.

– Неужели вас ничему не научил опыт погибших братьев? – Люцифер сверкнул в тусклом свете ночи черным перстнем на указательном пальце. Его голос усиливала магия, напоминая раскаты грома в безоблачном небе.

Принцы проигнорировали вопрос.

– Прикрываться женщинами низко, отец. Отпусти Лилит и храбро прими уготовленный судьбой бой, – выкрикнул Кайлан, не отрывая глаз от матери. Немного наклонив голову, он преломил рогами легкое свечение тумана Сумрака Бездны.

– Решили, что хватит сил одолеть меня? – Люцифер захохотал. – Вы раздобыли оружие, но мало просто размахивать ножичком у меня перед носом, им еще нужно овладеть, – бросил в нас свои любимые метафоры Повелитель Ада, а я поежилась от такого сравнения.

Но положа руку на сердце скажу, что Люцифер был прав. Я приняла золотинку, ужилась с ней и даже научилась впускать ее в тени, но этого было мало, чтобы подобраться к Дьяволу и ранить его этой жгучей смесью.

Астарот показал мне три пальца за спиной, ведя отсчет до начала битвы. Принцы договорились отвлечь Люцифера, пока я под шумок буду подкрадываться к нему. Будь в Аду доступ к межмирью, это бы намного упростило задачу, но увы…

Еще один палец – и во мне запел страх, но не за исход сражения, а из-за одной догадки, пускающей корни отчаяния в самое сердце. Если все сложится гладко, после кончины Люцифера кто-то из Принцев примет его титул, а значит, и силу Бездны.

Интуиция кричала, что именно Кайлан решил геройски занять трон отца, вкупе с которым шло безумие.

Тьма либо принадлежала всем, либо только одному.

Аваддон может сгинуть, приняв еще одну непостижимую силу, а что касается Астарота, то Кайлан вряд ли позволит ему страдать, чувствуя давнюю вину перед его братом-близнецом.

Сложившаяся в единый пазл картина ужаснула до глубины души.

Селье пожертвует нами. Пожертвует собой, чтобы возглавить преисподнюю и навсегда отказаться от жизни в Абраксе. И зная, как я грезила свободой, не станет вновь надевать на меня кандалы рабыни, ведь Бездна Тьмы изменит его навсегда.

От тревоги внутри все перевернулось.

– Нет, – пропищала я, и жгучее чувство затопило горло. Сейчас было не время поддаваться эмоциям, но я ничего не могла поделать с глупым девичьим сердцем, которое казалось камнем в груди.

Кайлан все понял, но увести взгляд от вжимающегося в Лилит меча Люцифера не посмел, поэтому ответил, не поворачиваясь:

– Прости меня, Паучок. За все…

Я даже возразить не успела. Астарот убрал последний палец, и развязалась битва. Пространство сгустилось от пронзившей его древней магии Повелителя Ада, и вокруг поляны поднялась стена огня, заключая нас в ловушку.

Повелителя Войны окружило аметистовое свечение, и он переместился. Должно быть, Принцы проработали тактику боя, пока я переодевалась в особняке, а может, импровизировали, ведомые вековым опытом и мысленными подсказками Кайлана.