Книга Яд ночи, страница 142 – Алиса Джукич

Я резко села в постели и обхватила колени руками, прерывисто дыша от испуга. Пока успокаивала не на шутку разыгравшиеся нервы, усталость взяла верх, и я провалилась в сон, так и оставшись сидеть, прислонившись к изголовью кровати.

Пробивавшаяся сквозь сомкнутые веки тьма спустя некоторое время стала еще гуще. Уставший мозг послал сигнал, что ночник погас, но не позволил окончательно проснуться, измотанный всем, что на меня навалилось.

В состоянии полудрема ощутила легкое прикосновение к плечам, и неудобная поза полусидя сменилась на горизонтальную.

Зашуршало одеяло. Я что-то пробубнила, беспокойно причмокнув губами, и путая реальность с иллюзией, на щеку успокаивающе легла прохладная ладонь.

В моих кошмарах или сладких мечтах всегда жил Кристиан, просто раньше я не знала имени мужчины, заполнившего мысли.

Мягкие пальцы соскользнули с лица, заставляя нутро болезненно сжаться. Я боялась окончательно проснуться в пустой комнате, оборвав прекрасный мираж, поэтому тихо попросила:

– Останься со мной хотя бы во сне, Кристиан…

Мир замер, или это остановилось сердце в ожидании?

Возвращая пульс, лба эфемерно коснулся поцелуй, точно на меня упало перышко. Через мгновение матрас с другой стороны прогнулся. Меня обхватили в кольцо рук, притягивая спиной к могучей груди.

Одинокая слезинка повисла на ресницах, но мне было плевать, ведь иллюзия не станет осуждать за слабость и проявление скрытых желания. Во сне притворяться бессмысленно, так как именно сердце воплотило в жизнь то, чем я так грезила наяву.

Любовью?

После подавляющих отношений с Брэдом полностью разочаровалась в этом чувстве, которое многие философы нарекли химией на клеточном уровне.

Для меня любовь оставалась возможностью обрести себя рядом с другим. Найти сильные и слабые стороны, опираясь на поддержку избранника сердца.

Я сильнее вжалась в надежное тело Кэмбэлла. Кристиан накрыл мои покоящиеся на животе руки своими и, пощекотав дыханием ухо, разбито произнес:

– Встретив Анну, решил, что обрел родственную душу. А что, если это был обман? И она стала мостом через вечность на пути к тебе, Лекса…

Поперек горла встал ком. Режущие душу слова были так близки к желаемому признанию, что явздрогнула.

Руки Кэмбэлла крепче обвились вокруг меня, будто и он страшился одиночества, а наш контакт – своеобразный склеивающий бальзам для разбитых сердец, позволяющий ненадолго ощутить целостность.

На секунды почудилось, что происходящее – правда, если бы не упоминание Аргайл, которое подтвердило бессмертие Кристиана. Однако Кэмбэлл не стал бы так опрометчиво разоблачать себя, и бриллиант слезы скатился по щеке, разбиваясь о скалы сна.

– Туман, ты всего лишь ускользающая дымка…

***

Без крепких объятий Кристиана я беспокойно металась на огромной кровати, пока меня не разбудила трогательная инструментальная мелодия.

Для лучшего восприятия момента автор советует прослушать (Andrea VanzoSoulmate)

Она вплеталась высокими нотами в воздух, создавая с ним единую композицию, которой хотелось дышать, напитывая организм чарующей вибрацией звуков. Тонкая мелодия цепляла за живое. Она крючками впивалась в позвоночник, невидимыми лентами тянула за собой.

Я потерла кулаками глаза, отбросила одеяло и свесила ноги на пол. Прежде чем повиноваться зову сердца, я подошла к окну. Улицу до сих пор обступала глубокая ночь, и в этой тьме лирическая мелодия наводила на мысли об одержимой болью душе музыканта.