Книга Избранная для Лорда, страница 25 – Лина Леманн

— Этого не может быть, — медленно выговаривает он. — Я же проверил на магии!

— И что? — Ной проводит ладонью об ладонь, и снова появляется та золотая нить, что связывает нас. Еще оаз то же движение, и все исчезает. — Просто магия первородного всегда сильнее магии бастарда.

— Не смей меня так называть! — свирепеет Феликс, на ходу изменяя облик. На глазах он вырастает до двух метров, его тело покрывается зеленой шерстью, в которой запутались листья, расширяется во все стороны, пока не становится телом… медведя. Он стоит на задних лапах, взирая на нас сверху вниз, а потом тяжело падает на передние и уверенно идет к Ною. Я отпрыгиваю в сторону, но лорд равнодушно стоит на месте, скрестив руки.

Из пасти Феликса капает слюна, из глотки раздается глухой рык. Он подходит вплотную к Ною.

— К чему это шоу, Артис? Ты ничего не можешь мне сделать. Мы связаны кровью.

— З-з-знаете, разбирайтесь тут с-с-сами, я пойду! — Поганое заикание! Как всегда не вовремя.

Разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов и ухожу от них. Отлично! Один то спасает, то орет, другой — вообще медведь. К тому же зеленый!

— Ферр, а ты что от меня скрываешь? — набрасываюсь на него, оказавшись у места привала.

Крыс, оторвавшись от питья, смотрит на меня.

— Вроде ничего, — говорит он. Даже показалось, что он пожал плечами, если крысы вообще так способны делать. — А что?

— Ну, например, сейчас Феликс превратился в зеленого медведя, а твой брат называет его другим именем и говорит, что они связаны кровью.

Ферр чуть не поперхнулся, и я тяжело опускаюсь рядом. Не хватало еще крысе искусственное дыхание делать.

— Вот это поворо-о-от, — тянет он удивленно.

— И как это понимать? — раздраженно спрашиваю.

— Получается, Феликс — сын мага и ведьмы, а от таких союзов никогда не знаешь, что получится. И Ной его спас, за что, видимо, получил верность на крови. Только я не понимаю, зачем мой брат увязался за нами.

— То есть теоретически, Феликс или как там его — оборотень?

— Угу.

Сижу и думаю, плакать мне или смеяться. То никого моя душа не интересовала, то парень-оборотень увязался. Так если бы еще по классике волком был, а тут медведь, еще и зеленый. Что за чудной мир?

— А что значит «избранная»?

— Ну… Ты только не обижайся, Ив, но я понял, что ты — моя избранная.

— Это так ты ничего не скрываешь?! — возмущаюсь я.

— Понимаю, я сам был в шоке, когда понял это недавно. Но как еще иначе расценивать нашу связь? Мне плохо, когда ты далеко, тебе, я помню, тоже. Это не страшно, что я немного младше. А то, что Феликс на что-то рассчитывает, так очевидно, что ты меня выберешь.

У меня только челюсть отваливается, а сказать в ответ нечего. Мне сейчас признались в чувствах, надо бы как-то отреагировать, но я не имею подобного опыта. Как и отказов.

— Проблема в том, что твой брат тоже считает меня своей избранной.

— Не может быть! Нет, это ошибка. Наша связь — вот что правда. Ты же чувствуешь ее? Я — твое предназначение. Хоть я и молод, да и не планировал жениться так рано, но ты ради меня почти жизнью пожертвовала, но не под гнетом рабства. Да и не была ты моим сосудом, раз, несмотря ни на что, нашасвязь осталась.

— А та золотая нить, образующая треугольник?

— Это и есть наша связь. Я не думал, что ты ее видела. Высшая связь — это особый дар богов, соединяющих души крупицами магии. Ах, Ива, я и не мечтал, что такое случится со мной когда-то!