Книга Заложница. Черный корсар, страница 51 – Арина Теплова

Прижимая покрывало к своей обнаженной груди, я яростно выкрикнула ему в лицо:

— Вы! Вы не имели права этого делать! Боже, я обесчещена! Что же вы со мной сделали?!

Он попытался приблизиться ко мне и обнять, уже протянул руку, но отрицательно замотала головой, отбежав от него. Не желала я его утешений и объятий, потому произнесла:

— Я все помню! Я была пьяна, и вы воспользовались этим. И все прекрасно помню. Не смейте смотреть на меня!

Она вновь прикрылась легким покрывалом, отвернулась и устремившись подальше от него. Да, она прикрылась спереди, но все ее пикантные и изящные прелести сзади остались обнажены. Петр пробежался алчным вором по ее стройной спине, округлым пухлым ягодицам и длинным ногам и сглотнул. Анна уже дошла почти до окна и только тут осознала, что сзади она совершенно обнажена. Она вновь резко обернулась к нему лицом.

— Ах! Прекратите на меня глазеть! Вы невозможный наглец! И убирайтесь вон! — приказала она.

Игнатьев медленно отошел от кровати, не спуска с нее взора, и думая о том, как успокоить негодование девушки. Анна невольно пару раз пробежалась глазами по его обнаженному телу, и он понял что смущает его нагота, что она и озвучила в следующий миг:

— Прикройтесь, Боги милостивые! — возмущенно воскликнула Анна, и резко отвернулась к окну. А через плечо бросила ему: — Уходите. Немедленно уходите!

Но Петр не хотел уходить. Он жаждал знать о том, что она думала обо всем, что случилось этой ночью. И похоже Анна была недовольна все этим, и это ему не нравилось. Он медленно приблизился к ней сзади. Его рука опустилась на ее распущенные волосы цвета шоколада и он ласково провел по ним.

Девушка резко развернулась к нему и в негодовании выпалила:

— Что вам надобно?! Вы не понимаете, что не должны быть здесь! Уходите, Тимур! Прошу вас.

На ее глазах выступили слезы, и она начала нервно кусать губы.

Петр прищурился, прекрасно поняв, что ее терзало в этот миг. Он медленно поднял руку и показал жестом закрытые губы, словно говоря ей, что никто не узнает о том, что произошло. Она нервно кивнула в ответ и тихо сказала:

— Я тоже буду молчать. Этобыла ошибка… Вы воспользовались моим состоянием. Я была пьяна, но это не давало вам повода!

Она резко замолчала, ибо Петр нахмурился, явно недовольный ее словами. Она поняла, что нельзя разговаривать с ним в подобном тоне, ибо он был слишком опасным и жестким человеком. Едва не плача, Анна, уже умоляя, попросила:

— Прошу, просто уйдите…. И мы забудем все, как кошмарный сон...

Дикое желание поцеловать ее снова завладело Петром, но он усилием воли остановил себя, ибо видел, что девушка не в себе, и его поцелуй только все усугубит. Он медленно кивнул и отошел от нее. Проворно надел штаны и сапоги, остальную одежду он взял в руки. Кинув последний темный взор на стоящую у окна Анну, быстро вышел из ее спальни.

За завтраком Петр был вынужден терпеть общество лишь одной Евгении. Старая дева то и дело недовольно зыркала на него глазами, и было понятно, что она очень зла на то что он отказала ей в близости вчера. Однако это не мешало ей болтать о погоде, о том, что она дурно спала и обо всякой всячине.

Еще полчаса назад, Анна известила через свою горничную, что не спустится к завтраку. И Игнатьев понимал причину этого — девушка переживала из-за того, что произошло между ними ночью. Это беспокоило его, и нервное состояние Анны ему было совсем не по душе. Он хотел подняться в ее спальню и успокоить ее, сказать ей нечто ласковое, нежное. Но понимал, что не только не может этого сделать, но и не должен, ибо это вызовет подозрения.