Книга Право дракона, или его тайная невеста, страница 16 – Диана Рахманова

Губы Харта растянулисьв насмешливой улыбке, словно он уже придумал сотню шуток по поводу бардака в моей спальне и предвкушал реакцию.

— Не смотри туда! Смотри на меня! — я повернула лицо Эдриана, прижав ладони к его щекам, лишая возможности осмотреться более внимательно.

Насмешек не оберусь!

— Ну вот, а говорила, что приставать не будешь!

Я прикрыла глаза и вздохнула, мысленно повторяя: спокойствие, Айлин, только спокойствие.

— Ладно-ладно. — Эдриан аккуратно высвободился из моего захвата. — Оставлю тебя наедине с этим хаосом в сердце и комнате. Завтра все обсудим. Мы теперь будем часто видеться, Вейсс.

Именно с этой фразой он было направился к двери, но я преградила ему путь.

— Куда?! — произнесла с той же настойчивостью, с которой останавливала пациентов, пытающихся сбежать из целительской. Дракон остановился. — Хочешь, чтобы все женское общежитие лицезрело тебя, выходящим из моей комнаты?! С ума сошел?

Дракон ухмыльнулся. Ну, конечно, ему наверняка не привыкать к таким сплетням!

— А как же опа-а-асный разлом пространства? — издевательски протянул Эдриан.

Да когда же он уже исчезнет? Мне срочно нужно принять успокоительное!

— Обещаю раз в год приносить тебе цветы на могилку, — вернула Харту его же шпильку. И потеряв всякое терпение, потребовала: — Проваливай уже! И не забудь про Бетти!

Подруга наверняка в полном шоке от произошедшего, а учитывая ее бурную эмоциональность и опасный дар, который она с трудом контролирует, успокоительного нужно две порции.

— Пока-пока, моя королева! — Харт медленно поклонился, словно исполняя тщательно отработанный номер в цирке.

Не прошло и секунды, как тени поднялись от пола и окутали короля Первой магической академии темным маревом. После чего от Эдриана Харта в нашей с Бетти комнате осталось только неприятное воспоминание, мои алые щеки и желание что-нибудь разбить.

Например, глупые надежды, что последний год обучения будет простым.

— Я хотел бы сердечно поприветствовать вас в вашей новой роли, однако не могу не заметить, что этот год станет для вас серьезным испытанием, — произнес господин Родрик, едва мы с Эдрианом перешагнули порог ректорского кабинета следующим утром.

Мужчина стоял у окна и в нашу сторону даже не обернулся.

— Весь прошлый вечер я размышлял о вашем поведении и последствиях, которые оно повлекло. Ваши проступки за минувшие годы оставили немалый и, чаще всего, печальный след в истории академии, но теперь пришло время компенсировать ущерб.

Печальный след? Ущерб? Серьезно?!

Можно подумать, наши проделки не компенсировались с лихвой регулярными щедрыми взносами на нужды Академии! В то время, как я осталась без карманных денег и нового весеннего гардероба, Рамзана Мерзлявая по последнему слову обновила очередную лабораторию на своем факультете за счет рода Вейсс. А самое печальное — в этот раз даже не по моей вине! До сих пор не понимаю, какой бес принес Эдриана Харта на вечернюю отработку по зельеварению, где я безуспешно доказывала, что достойна высшего балла по ядам.

Я скосила взгляд на виновника всех бед моих и успела уловить, как он вскинул голову с видом возмущения, готовясь произнести что-то колкое в ответ на ректорово заявление. И хоть я с ним была солидарна, пришлось задавить этот порыв на корню, наступив ему каблуком на ногу и показав взглядом, чтобы держал язык при себе. Не хватало только нарушить хрупкое спокойствие главы академии, когда он итак, бедный, на одних волевых держится. Не просто так ведь не смотрит в нашу сторону?! А будем спорить, с него станется навесить на нас столько обязанностей, что не разгребем и за год!