Книга Я подарю тебе свое разбитое сердце, страница 64 – Полин Мур

Стоило мне всхлипнуть, как я оказалась в крепких объятиях парня, руки которого сомкнулись на моей спине. Его горячее дыхание обжигало шею, а губы шептали успокаивающие слова.

— Прости меня… Прости… Прости…

— Тише, малышка, все хорошо.

Все не хорошо… Все совсем не хорошо…

— Я больше никогда тебя не отпущу, — пообещал он, и это обещание разорвало мое сердце.

Мы вернулись в ресторан. Однако сейчас мы сели не напротив друг друга, а рядом, устроившись на одном из диванов, расположенных около окна. Я легла на мягкую обивку, положив свою голову ему на ноги так, что мой взгляд был устремлен на него, как и его на меня. Несколько минут мы просто рассматривали друг друга, словно знакомились заново. В уголках моих глаз застыли слезы, но на этот раз слезы счастья — мне не верилось, что теперь все карты раскрыты.

— Я все знаю, — тихо произнес он.

Мои губы разомкнулись в немом выдохе, а глаза сузились.

— Но как?…

— В твоем Instagram есть несколько фото с родителями. Когда я увидел их лица, сразу все понял. Вспомнил нашу прогулку на яхте, как тебе стало плохо после упоминания твоего второго имени и…

— Не понимаю, почему ты ничего не сказал мне?

— Я ждал, когда ты будешь готова к этому разговору.

В глазах Стефана я увидела искренность, и это хоть как-то меня успокоило. Я села на диван и теперь наши глаза находились в нескольких миллиметрах друг от друга. Парень взял мои руки в свои и начала осторожно поглаживать.

— Милисента, я не хотел давить на тебя тогда, не хочу давить и сейчас. Если ты не хочешь обсуждать это, мы можем отложить разговор на потом или не возвращаться к нему вовсе. Мне не стоило говорить, что ты предала меня. Это совсем не так. Мы были детьми, и тогда далеко не все зависело от нас, а твои родителиимели над тобой слишком сильную власть.

— Они увезли меня. Дядя Альфред позвонил им и сказал, что я хочу домой, но это было неправдой. Когда я узнала, что меня забирают в Сиэтл, я хотела прийти к тебе, я хотела рассказать обо всем, но меня не выпускали из дома, а на окна поставили решетки, словно я была заключенной в тюрьме. На следующее лето меня не отпустили, потому что я как обычно была неидеальной дочерью, но я приехала еще через года, однако… Когда я пришла к вам, дверь открыли чужие люди, а дядя Альфред сказал, что вы переехали. Прости меня…

— Ты просто была маленькой девочкой, у которой не было права выбора, поэтому, — он оставил нежный поцелуй на моей щеке. — Ты не должна извиняться за ошибки своих родителей.

— Ты уже говорил мне это, когда мы были на нашей поляне…, — я тихо рассмеялась, поддавшись старым воспоминаниям.

Стефан поддел мой подбородок двумя пальцами и взглянул на меня. Он не просто смотрел мне в глаза, он смотрел мне в душу. И почему-то эти ощущения были очень приятными.

— Знаешь, когда я впервые увидел тебя, мне было всего десять. Тогда я был обозленным на мир, потому что умерла моя сестра. Мне казалось, что все, что со мной происходит несправедливо, ведь это никогда не произойдет с ней. Я стал грубым и наглым, хотел отпугивать всех, кто ко мне приближался, но потом появилась ты, — Стефан улыбнулся шире. — В тот момент я не знал, что ты станешь частью моей души. С момента нашей последней встречи прошло пятнадцать лет. Я часто вспоминал те летние дни, когда мы вместе играли и бегали по полям. Обстоятельства разлучили нас, но ты навсегда поселилась в моем сердце. С возрастом я начал понимать, что мне не хватает тебя все больше. Я начал искать тебя в каждом взгляде, в каждой улыбке, но не находил. Ты была как звезда, светившаяся где-то далеко, но недоступная. И вот, судьба снова свела нас вместе. Я помню, как застыл на месте, когда увидел то фото с твоими родителями, как мне пришло осознание, что Милисента Астрид Гринграсс — это та самая девочка, которая когда-то читала мне свои сказки про принцев и принцесс. Ты такая же красивая, как в детстве, но теперь в тебе есть сила и глубина, которых не было тогда.