Книга Я подарю тебе свое разбитое сердце, страница 57 – Полин Мур

— У тебя хватает наглости приходить к нам на встречу в этом… старье? — мама наигранно охнула, посмотрев на мои волосы, которые я специально не стала расчесывать.

— Мама, ты что, забыла правила, которым учила меня в детстве? Ничего, я напомню. Правило номер один: этикет. При встрече обязательно нужно поздороваться в вежли…

— Закрой рот, Милисента! — рявкнула она. — Не тебе, соплячка, учить меня.

Я промолчала, закусив губу. Конечно, мне хотелось вывести их из себя, но я не самоубийца, поэтому я просто молча продолжила смотреть на родителей, которых, к слову, больше не могу называть родителями. Словно прочитав мои мысли, мама тут же продолжила.

— Не смей называть меня матерью после своего хамского отношения.

Я перевела взгляд на Бенджамина, который смотрел на меня в ответ. Я ожидала, что он тоже скажет мне пару ласковых слов, но мужчина молчал. Он всегда молчал. По крайней мере большую часть моей жизни.

— Ты думала мы не найдем тебя? Идиотка! Ты без нас ничто.

— У меня есть моя жизнь, и этого мне вполне достаточно.

Маму рассмеялась, а после состроила самую зловещую гримасу из всех возможных.

— Да чего вообще стоит твоя жизнь?

Она откинулась на спинку стула, сморщив нос от отвращения. Я в этот момент снова почувствовала укол сильной боли, ранящей мое сердце.

Нет, в этот раз им не удастся сломать меня… Пора ставить точку…

Я резко встала из-за стола. Мой стул с громким стуком рухнул на пол, привлекая внимание близстоящих столиков. Несколько женщин и мужчин смотрели на меня, как на сумасшедшую, пока я не открыла рот и не начала выпаливать все,что накопилось в моей душе за все двадцать два года жизни.

— Каждый раз, когда я вижу вас, внутри меня накапливается такое буйство, такое тяжелое бремя, что я чувствую, будто готова разорваться. Вы даже не представляете, как долго я терпела ваше холодное игнорирование, твои недоуменные взгляды, папа, и твои уничтожающие слова, мама. Каждое «ты ничего не добьешься», каждое сравнение с другими — это было как нож, который вонзается все глубже в мою душу. Вы знаете, как мне было сложно? Как порой я чувствовала себя никчемной, обремененной вашими ожиданиями, вашими постоянными критическими замечаниями. Ты и отец, словно два глаза, в которых я никогда не могла увидеть одобрения. Вместо этого — только осуждение и презрение, словно я была меньше, чем просто ошибка. Вы могли бы, нет, вы обязаны были быть моей поддержкой, помочь мне расти, но вместо этого вы укрепляли во мне неуверенность. Почему? Что не так с тем, чтобы просто обнять свою дочь, сказать мне, что я что-то стою? Я так хотела, чтобы вы гордилась мной, из кожи вон лезла, чтобы услышать хотя бы одно нежное слово, но всякий раз, когда я пыталась что-то сделать, вы окидывали меня взглядами, полными пренебрежения. Ваша холодность окутывала меня, и теперь я каждый божий день прилагаю большие усилия, чтобы вырваться из этого ада, который вы создали.

Моя тихая речь перешла на крик. С каждым словом я повышала тон, чем привлекала к себе еще больше внимания. Краем уха я слышала неодобрительные слова чужих мне людей в сторону родителей. Некоторые же осуждали меня, говоря, что я повела себя ужасно по отношению к тем, кто растил меня. Если бы они только знали, в каких условиях я жила, с каким грузом каждый день просыпалась, не стали бы говорить такие вещи в мой адрес. Однако сейчас мне все равно на их слова. Сейчас меня ничего не волновало, кроме гнева, что из меня вырывался.