Книга Ненависть со вкусом омелы, страница 80 – Полин Мур

— Это было случайно, мистер Грей. Я просто хотела убрать паука с его плеча, а он испугался и оступился, — Аманда закатила глаза, чем еще больше вызвала злость своей матери.

— Паука? Это какого размера должен быть паук, чтобы толкать с такой силой? Знаете, мисс Рид, я еще ни разу в жизни не слышал оправдания более глупого, чем ваше.

— Все бывает впервые, мистер Грей.

— Замолчи, Аманда! — шикнула миссис Рид.

— Или вы скажете, что это была просто шутка? Может быть, если бы я был идиотом и не видел того, как парень захлебывается водой, то я бы вам поверил.

— Мистер Грей, — подала голос моя мама. Одна ее рука лежала на плече Виолетты (в моем теле), а другая гладила спину. Как мне сейчас хотелось быть в своем теле и чувствовать ее прикосновения на себе. — Можно ближе к делу.

— Да, миссис Холмс. — мужчина перевел взгляд на виновницу. — Миссис Рид, ваша дочь отчислена.

— Что?! Да как вы…! Я буду жаловаться!

— Также дело о случившемся уже передано в органы. Теперь вы будетеразбираться с полицией.

Я заметил, как напряглось тело Аманды. Она будто только сейчас поняла, насколько все серьезно. Девушка пару раз моргнула глазами, после чего ахнула и тихо всхлипнула.

— На этом все, можете быть свободны. Вы все, — на последних словах мужчина посмотрел на меня.

Миссис Рид с дочерью первыми выскочили из кабинета, схватив личное дело и документы. Моя мама и Логан вышли следом. Я подошел к Эшфорд, и мы уже собирались покинуть помещение, как мистер Грей окликнул нас.

— Кристиан, объясни мне кое-что. Есть вещь, которую я никак не могу понять, — мужчина сложил руки в замок и посмотрел на девушку. — Как лучший пловец нашей школы не смог всплыть и схватиться за бортик, который был у него на расстоянии вытянутой руки?

Виолетта скривило недовольное выражение лица и только после ответила.

— Вы меня в чем-то обвиняете, мистер Грей?

— Просто задал вопрос.

— Все произошло слишком быстро, я не успел осознать, что случилось. — мы направились к двери. — И у меня свело ногу. Вода была холодной.

— Понятно.

Дверь за нами с громким звуком захлопнулась. Настроение у Виолетты было испорчено. Мы прошли по небольшому коридору и уже были готовы выйти в холл, где нас ждали родители, как услышали тихий разговор взрослых.

— Лаванда, не рушь жизнь моей дочери! Прости ее! — говорила миссис Рид.

— Простить? Мой сын мог умереть!

— Но не умер же! Для него все закончилось хорошо!

Я закатил глаза и мы вышли в холл. Теперь все взгляды были устремлены на нас. Аманда плакала и размазывала по лицу свою косметику. Через несколько секунд девушка оказалась на коленях около нас с Виолеттой, хватая каждого за руку.

— Пожалуйста, умоляю! Заберите заявление! Я сделаю все, что угодно! Виолетта! Пожалуйста!!! Кристиан! — ее вопли перешли на крик.

Эшфорд пренебрежительно отступила назад, а затем устало выдохнула и посмотрела на мою маму.

— Убирайтесь из города, — произнесла она. — И никогда не возвращайтесь.

Мы вышли на свежий воздух. Небо нависало над городом тяжелыми, свинцовыми облаками, готовыми в любой момент обрушить на землю свои ледяные слезы. Снежинки, гуляющие по воздуху, не танцевали, как в безоблачные дни, а тоскливо зависали, словно теряясь в бескрайнем и безжалостном пространстве. Свет солнца не мог пробиться сквозь плотныеоблака, и день казался статичным, как будто время замерло. Солнце, по сути, было всего лишь бледным, невыразительным пятном, едва освещающим серые улицы и хмурые лица школьников, которые вышли из здания, направляясь домой. Ветер завывал, заставляя деревья скрипеть и трещать, а холод пронизывал до костей и наполнял воздух сладковато-горьким вкусом снега. Зимний мороз щипал кожу, оставляя следы покалывания, а дыхание превращалось в облачка пара, быстро исчезающие, словно и не существовало.