Книга Двойной эспрессо с апельсином, страница 87 – Виктория Цой

Острая боль резко пронзила сердце. Учащенно забился пульс и вдруг нечем стало дышать. Я крепко зажмурилась. Нет, не правда. Это не может быть правдой!

«Я обозналась, там на улице не Макс! Просто парень похожий на него!»

Собственное сознание пыталось защитить меня. Открыв глаза, я все еще видела целующихся Макса с девушкой. Они словно никого не замечали вокруг. Оторвавшись друг от друга, взялись за руки словно влюбленная пара и с сияющей улыбкой направились в сторону здания, где я работала. Над кафе, на втором этаже располагался бар, который ночью превращался в клуб. Меня одолело смутное чувство дежавю. Макс Дегтярев, твердивший о личных переменах, вернулся. Не знаю почему, я чувствовала себя преданной, хотя, по сути, Дегтярев ничего мне не обещал. Тогда для чего был весь этот спектакль с дружбой? Еще днем он пообещал снять номера на праздники. Здесь что-то было не так. И я пока не могла понять причину.

Остаток смены прошел в тумане. Я не могла сосредоточиться на работе. Все буквально валилось с рук: перепутала заказы, перепутала столики, забыла посчитать латте, разбила стакан с морсом, разлила кофе. Все мои мысли занимал этот чертов Макс!

— Ты заболела? — спросила Катя. Я стояла около терминала и собиралась вбить только что принятый заказ.

— Нет, вроде нет, — рассеяно пробормотала я. Кофе… какой заказала девушка?

— Тогда что с тобой? У тебя глаза стеклянные.

Ну вот, это еще и стало заметно со стороны. Теперь я уже злилась на саму себя, за то, что не могла взять себя в руки.

Соберись, Лера!

Я перевела дыхание. Вдох. Выдох.

— Да так, ничего особенного, — я вернулась к экрану: капучино, три ванильных пончика.

— Кстати, все хотела спросить. Между тобой и твоим красавчиком-одногруппником что-то есть?

— Почему ты спрашиваешь?

— Просто интересуюсь. Я ему свой номер телефона оставила, а он даже не перезвонил, — пожала коллега плечами. — Потом я увидела вас вместе.

— Мы просто учимся вместе, — уклончиво ответила я.

На самом деле я уже перестала вообще что-либо понимать, ведь Катя как раз таки была в его вкусе. В то время он был «со мной». Или хотел быть. Я не знаю. Ничего не знаю.

На данный момент Макс отлично проводил время, развлекаясь с новой или старой пассией, тесно обжимаясь в каком-нибудь укромном месте. От этой мысли меня прошибал озноб. Все эти месяцы, все что между нами было — лишь игра. Вопрос, для чего? Все обман! Все ложь! Хотелось плакать, прямо тут, на рабочемместе перед полной посадкой гостей. Боже, как же больно! И эта боль становилась невыносимой с каждой минутой. Перед глазами все еще стояла картина, где они целуются на улице на виду у всех. Это разрывало мне сердце. А ведь недавно, он также целовал меня…

Еле дождавшись окончания смены, я пулей вылетела из кафе и по служебному входу пробралась в клуб. Не знаю, о чем я думала в тот момент, знала лишь одно — хотелось услышать правду. Услышать, чтобы он прямо в глаза сказал мне все! Меня трясло. Трясло от обиды, от разочарования, от мысли, что он сейчас с другой! Возможно, я поступала слишком опрометчиво. Все равно! Захлестнувшие эмоции бились через край в поисках выхода. Я не знала: был ли еще Макс в клубе или же уже ушел. Знала одно — нам нужно было поговорить. И сегодня, прямо сейчас Дегтярев скажет мне все!