Книга Наследие исчезнувшего рода. Квест для попаданки, страница 195 – Екатерина Стрелецкая

Нанизав письмо Габриэля на металлическую скобу, я закрыла салатовую папку и внесла несколько записей в чёрную. Следующие два письма были уже от Тори, в одном из которых она дословно передала ответ от Кроденера, а во втором – от Гантера. Первый назначил встречу в одной забегаловке на завтра, предупредив, чтобы большую часть дня потратила на прогулки по городу, а второй подтвердил, что сейчас действительно начались уточнения у перемещённых, хотят ли остаться в Хеймране или нет. Другой вопрос, что действительно странно, почему начали именно с меня, хотя были адреса намного ближе, начать с которых выглядело более логичным. В этом я с Брайаном была согласна, так как действительно целесообразнее было сперва проверить или живущих поблизости от Следственного управления, или, наоборот, с дальних, чтобы кучупапок оставить на работе, а потом уже заняться составлением отчётов и оформлением документов. Аниминд в этом плане был примерно посередине. Причём как интересно: секретарь явился как раз на следующий день, когда Габриэль с Тори были вынуждены со мной познакомиться из-за суеверий местных жителей. В любом случае попробую завтра у Кроденера узнать, проверил ли Гантер чересчур ретивого сотрудника. На всякий случай я написала письмо для Тори, чтобы они с Габриэлем в ближайшие дни, несмотря ни на что, не приближались к Аниминду. Защиту на Тори я незаметно для неё доработала во время ночного рейда по бывшей тюрьме, а вот подправить плетения на Эль и Даниэле не помешает.

Интересно, как там санатеровско-эльфийские сорванцы? Всё-таки чудные детишки родились у Тори с Габриэлем. Однако несоответствие лет и некоторым поступкам, а также мыслям, слишком явно опережающими возраст, вызывало некоторый диссонанс. Всё-таки я привыкла иметь дело с обычными детьми, причём как условно среднестатистическими по земным меркам, так и намного смышлёными или, наоборот, отстающими в физическом или ментальном плане. Так вышло, что некоторым моим друзьям и знакомым выпала доля растить инвалидов. У кого-то из детей это были врождённые дефекты, кто-то в младенчестве перенёс тяжёлые заболевания, оставившие серьёзный след на здоровье, кому-то просто не повезло попасть в аварию. Так что всякого навидалась, со многими нюансами имела дело. Поэтому, когда стало ясно, что о собственных детях можно забыть, стала двигаться вперёд, чтобы создать не только необходимую базу для усыновления или опеки, но и хороший задел на случай непредвиденных ситуаций. Даже своё увольнение восприняла как очередной этап, завершив который настала пора выходить на новый уровень. А в итоге даже отпуск в тартарары полетел.

Словно услышав мой вопрос про санатеровско-эльфийских наследников, в ящике зашуршало ещё одно письмо. «Извини, не смог отказать, ибо меня взяли в плен и отказывались отпускать без исполнения роли почтальона». Искренне посочувствовав «несчастному» Рэйду, оказавшемуся в заложниках у малолетних террористов, я развернула старательно исписанный крупными печатными буквами лист. Судя по пляшущим строчкам и нескольким кляксам, оба ребёнка приложили свои ручки к письму. А на обороте былаприписка от Тори, что Фанор оказался очень полезным, хоть изначально тот же Габриэль скептически относился к нему. Несмотря на активное участие в шалостях детей, «фамильяр» умудрялся жестами и изменениями своей формы «отговаривать детей» от чересчур рискованных экспериментов, переключая внимание на более безопасные. Быстро написав сразу два ответа, чтобы никому не было обидно, я попросила Робин сложить из бумаги конверты и отправила письма, надеясь, что Рэйд ещё не покинул поместье.