Книга Доведи демона. Вспомни демона, страница 96 – Таня Драго

Айкерт замотал головой.

— Против воли.

— Верно. Меня он тоже увез через сопротивление. Если честно. Но он… Как тебе сказать… Я до сих пор не поняла этой теории, но кажется, все, что важно мне, для него — едва ли не священно. Потому не держи на него зла. Значит, это был единственный способ вас не потерять.

Я встала, протянулаему руку.

— Пошли искать шоколад. Уверена, Торвальд покажет нам что-то похожее, но демоническое. Я вот не припомню, чтобы пробовала. Ты со мной?

Айкерт тяжело вздохнул.

— В том-то и суть, док, что я с тобой. В том-то и суть.

Дейран вертел магические кольца, пробуя собрать обещанное оружие.

Но что-то выходило плохо.

И инструменты в руках дрожали и мысли донимали невеселые. Аки его оставила, никто не отвлекал.

Но сосредоточиться практически невозможно.

Было ощущение, что ему поставили невыполнимую задачу.

Его внутренний демон.

Убивший собственных братьев, скитавшийся ради Аки по всей звездной карте, мучившийся виной за то, что она приняла в себя это деревянное нечто, которое он сейчас сам люто ненавидел. И прощал — одновременно.

Внутренний демон, который без Аки теряет опору.

Она жила без него три года.

Нормально жила, и не будь Озаренных, может быть, еще сотни лет прожила бы?

Нет.

Иначе бы сразу не захотела ехать, быть с ним, приходить, оберегать.

С ней тоже это происходит.

А сейчас… она его выпускает из клетки.

По-настоящему.

Дает время на раздумье. Уходит, чтобы не мешать.

А он не знает, что с этой немыслимой высокой свободой делать-то теперь.

Демон свободен?

Нет.

Не свободен.

Сейчас он сам должен прийти и заговорить про исследование его чувствительности. Про игру.

Или не заговорить. Ему даны нити.

Все нити.

Он сам руководит своей судьбой.

Его никто не ловит. Но как никогда, он жаждет быть пойманным, выбранным ею, подаренным ей. Может, это именно от того, что он боится двигать историю?

Боится.

Куда двигалась его история? Все время к убийствам, к отсутствию любви, к Пути Стали, к потерям. И вот он нашел Аки, а вместе с ней — ее семью, ее дядюшек и тетушек, брата, его жену, племянников, все это теплое Наджелайнское, во что сейчас влип, и из чего выныривать не хочется.

И за что отдал всего себя.

И не жалко.

Так риск ли она ему дает?

Риск — тоже.

Но больше — дом.

Дом. Вот такой, нескладный, жаркий, с веревками и Шакиром, с атальскими магами и мечтами о целительской школе. С проклятием выбора и древними артефактами, с Озаренными и Арвами.

Дом.

Вот что он искал три года и был в таком ужасе, что не нашел, что начал вести себя странно и глупо. Место, гдеты чувствуешь себя защищенно и расслабленно.

Да, будет война.

Арва.

Донк, маги. Да все, что угодно.

Но у него есть место, где его никто не предаст. Место, где его примут, он проверял, даже если совсем не помнят.

И да, он готов позволить за это играть с собой.

Позволить.

Много, долго, с наслаждением.

Потому что когда она улыбается, когда показывает клыки и задает вопросы, когда они решают одну задачу, когда куда-то идут вместе, когда она использует все до одного свои трактаты и инквизиторские приемы — это и есть его собственное огромное счастье.

Это и есть место, где его внутренний демон может успокоиться.

И просто быть.

А сейчас у него такого места просто нет. Вот и неспокойно.

Глупое сердце на привязи рвется за ней. Но что, если все, что говорила Аки в Шакире, просто ложь? Его нетрудно обмануть. Ей — нетрудно.