Книга Знакомьтесь! Самая невезучая попаданка!, страница 91 – Рия Вилар

Агррр! — Бесишь меня! — практически рыкнула я, глядя ему прямо в глаза. Но, заметив в них недоумение и вспомнив, что такого слова в этом мире нет, поспешно пояснила: — «Бесишь» – это значит, что жутко раздражаешь. Прямо до зубного скрежета.

— Вот значит как… — протянул он понизив голос, а зрачки неожиданно сузились. Неестественно. По-звериному.

Я невольно отступила на шаг. А потом ещё на один. И настороженно уточнила:

— Эм-м, Адриан… У тебя зрачки как-то странно сузились. Это… в рамках нормы?

— Да, — последовал глухой ответ.

— И… у всех инквизиторов так?

На этот раз ответ получила не сразу. Сначала Адриан молча смотрел, будто решал, стоит ли вообще говорить. Потом коротко бросил: — Не у всех.

— Это хорошо. А то выглядит жутко, — слова сорвались прежде, чем я успела прикусить язык.

Между нами вновь повисло молчание. О чём думал в этот момент мужчина — не знаю. Но я думала лишь об одном: как бы выбраться из этого поместья живой. И чем дольше тянулась тишина, тем меньше я в это верила.

— Знаешь, Ариана, хочу тебе кое-что сообщить, — с неутешительной интонацией наконец нарушил он повисшую паузу. — Возможно, тебе это не понравится, но ты должна знать, что…

Что именно я должна знать, я, увы, не услышала — в этот момент двери кабинета с грохотом распахнулись, и громкий, возмущённый женский голос прокатился по комнате: — Адриан! Почему ты игнорируешь наши с отцом письма?!

На пороге стояла женщина — среднего роста, пышнотелая, в ослепительном изумрудном платье с широкими рукавами, расшитыми тонкой золотой нитью. Густые, чуть вьющиеся волосы — такого же русого цвета, как у Адриана, — были заколоты в безупречный высокий пучок, из которого, впрочем, выбивались парочка непокорных прядей. Эти пряди, казалось, жили своей жизнью, подчёркивая ту неуемную энергию, что буквально исходила от неё.

Она буквально ворвалась в комнату, не дожидаясь ни приглашения, ни приветствия, будто здесь всё и так принадлежало ей.

При виде этой стихии в человеческом обличье Адриан устало прикрыл глаза и тихо выдохнул: — Мама, сейчас не время…

Мама? Так это мама Адриана?

— Не время?! Сын, я тебе уже неделю пишу, а ты даже не отвечаешь! Я уж подумала, что с тобой что-то случилось плохое! — она возмущённо всплеснула руками, после чего, наконец, соизволила заметить меня. Её глаза удивленно расширились, осмотрели меня с ног до головы и... на лице почему-то появилась широкая улыбка.

— Так вот оно что! — возликовала она. — Вот почему ты не отвечаешь! Прячешь свою избранницу!

— Это не… — начал Адриан, но был немедленно перебит:

— Не смей оправдываться! Я всё вижу!

И прежде чем я успела хоть слово сказать, она подлетела ко мне и с неожиданной силой обняла. Так крепко, что я едва не потеряла дыхание.

— Какая милашка! Просто чудо! И как тебя зовут, дорогая? — произнесла она пулемётной очередью.

После чего отпустила, но только чтобы переложить руки мне на плечи. И, по-моему, исключительно для того, чтобы я не сбежала.

— Ариана... — выдавила я тихо, шокированная бурей материнской активности.

— Ариана! — восхищённо повторила она, словно пробуя имя на вкус. — Прекрасно! Звучно! Благородно! Так… а когда свадьба?

— Мама! — снова вмешался Адриан, чуть повысив голос. — Я же сказал, что сейчас не время для…

— Ой, не начинай! Я ведь мать, а ты скрывал от меня Ариану! — перебила она и выпустив мои плечи из своей железной хватки, внимательно оглядела меня. Брови её нахмурились. — Так, стоп, а почемуна пальце нет кольца?