Книга Знакомьтесь! Самая невезучая попаданка!, страница 107 – Рия Вилар

— Шла лесною стороной, Увязался чёрт за мной, Думала - мужчина, Что за чертовщина?

У пары ведьм дёрнулся уголок губ. Это вдохновило окончательно. И я, расправив плечи, выдала остаток частушки так, будто выступала на конкурсе:

— Снова я иду домой, Снова чёрт идет за мной, Плюнула на плешь ему И послала к…

— Достаточно! — рявкнула каштановая ведьма, вскакивая на ноги.

Похолодало. В прямом смысле: трава вокруг её пенька побелела, будто её ударил мороз.

На поляне повисла тишина — густая, вязкая, гнетущая. Остальные ведьмочки замерли, одна даже прикрыла рот ладонью, словно боялась выдохнуть вслух.

Старейшина смотрела на меня так, что хотелось провалиться под землю.

— Кто ты такая? — спросила она, отчеканивая каждое слово.

У меня внутри что-то нервно пискнуло.

— В смысле… кто? — выдавила я, надеясь на чудо. — Ариана Вехштер. Белая ве…

— Где настоящая Ариана Вехштер? — ледяным тоном перебила она. — Где моя дочь?

Д-дочь?!

Метёлка рядом дёрнулась и поползла прочь, изображая невинность:«Это не я её сюда приволокла, меня заставили, я просто транспорт!»

А я стояла, чувствуя, как земля под ногами превращается в зыбучий песок.

И единственная мысль, громче всех:

Так у той ведьмы мать жива?! И мало того — она старейшина?!

— Ммм, — я неоднозначно промычала, думая, как оправдаться. И это было единственным, что я успела сделать, так как в следующее мгновение мама настоящей Арианы подняла руку. Никаких спецэффектов я не увидела. Я вообще ничего магического не увидела. Зато почувствовала, как что-то мягкое, тягучее, невидимое, но очень тяжёлое накрывает меня с головы до ног. Словно меня завернули в одеяло и заставляют прижаться к земле. «Усыпление!» — успел пискнуть в голове обезумевший мозг, прежде чем колени подломились, а тело обмякло. Метелка где-то рядом что-то возмущённо зашипела, но я её уже не видела — провалилась в темноту без сновидений.

***

Сознание вернулось рывком — болезненным, как будто кто-то резко выдернул меня из тёмной вязкой трясины. Первое, что я ощутила, — холодный пол под щекой. Доски, чуть влажные, пахнущие старостью и сыростью. Я лежала в маленькой тёмной комнате с небольшим окном у самого потолка. Комнатка была захламлена сушёными корешками, банками, тёмными пучками трав и прочей непонятной мне ведьмовской ерундой. За дверью, из щели которой падал на моё лицо кусок мутного света, слышались голоса. Их было едва слышно — кто-то явно говорил шёпотом.

Тело откликнулось быстрее сознания, и я, упершись ладонями в доски, медленно поднялась. Мир поплыл, но я удержалась, прижавшись к стене. Каждое движение отзывалось тупой болью в висках, но я не издала ни звука. Нельзя было шуметь. Мне надо было понять, что происходит. О чём они говорят.

Собрав остатки сил, я переместилась ближе к двери, заглянув в щель. Небольшая комнатка, но чуть больше моей. Каменная печь, как в доме у Бабы Яги, над потолком висят пучки сушёных трав, на полу красный ковёр. По центру стол, за которым сидят две ведьмы-старейшины — рыжеволосая и шатенка. Рядом с ними ходит из стороны в сторону блондинистая мегера.

— Не стоило давить на дочь с рождением наследницы, Миранда! Иначе бы она не сбежала в другой мир, и у нас не было бы сейчас проблем! — прошипела она, посмотрев с недовольством на маму настоящей Арианы, которую, как оказалось, зовут Миранда.