Книга В поисках своего мира 2, страница 129 – Полина Лашина

Когда парнишка распрямился, и по его голове на голые худощавые плечи стекали капли воды, Макнмар обратился к нему:

– Лонгин, сын Свейна Моэна, тебе надо выбрать обережное имя.

Бирнир рядом с Ольгой едва слышно присвистнул.

"Что-то не так?" – спросила у него Ольга.

"Он же ублю... непризнанный самим Моэном! – ответил Бирнир. – Но Макнамар хочет дать ему третье имя?!".

"И что это значит?" – не понимала девушка.

"То, что Макнамар признает парня знатным, – ответил на этот раз Шахсур. – Как маркграф он выше по положению графа Моэна, поэтому может сделать подобное".

"И это даст Лонгину теперь больше прав по жизни. Он даже сможет садиться с вами за один стол! Даже несмотря на то, что его назвали просто сыном Моэна,а не из рода Моэна. Всё-таки в род может ввести только отец" – добавил Бирнир.

И тут Ольга вспомнила, что Сэко еще в замке сажали за стол с прочими знатными. Значит, уже тогда было известно, что ему пожалован титул. Только почему-то объявили это лишь сейчас, когда в походе понадобилось обережное имя для нового знатного теронца.

Растерянный парень всё никак не мог придумать себе имя, и тогда Макнамар обратился к Ольге:

– Что значит "гугл"? Вроде так ты называла иногда Лонгина.

– Это... кхм, такое волшебное место, где можно узнать самое разное. Например, задать любой вопрос и получить ответы... – Ольга под прицелами чужих взглядов едва подобрала понятное для местных описание.

Пока Лонгин лишь озадаченно хлопал глазами, Макнамар повернулся к нему:

– Лонгин, сын Свейна Моэна, берешь ли ты себе обережное имя "Гугл"?

– Беру! – выдавил из себя парнишка.

– Лонгин, сын Свейна Моэна, покидает нас, чтобы к нам присоединился Гугл! – объявил Макнамар, вновь вызвав бурю радостных криков.

И пока ошарашенный Лонгин, то есть отныне на время похода Гугл, возвращался к своей лошади, сам Макнамар также стащил рубаху, отцепил пояс с оружием.

"А его кто будет объявлять?" – спросила Ольга у своих ведаков.

"Только старший по положению может, – пояснили ведаки. – Так что маркграфу придется самому себя объявлять, раз у него здесь самый высокий статус".

Так и произошло. После умываний Макнамар поднялся, развернулся к своим людям и объявил, что маркграф Макнамар покинул их, чтобы присоединился Рохус.

Когда мужчина подошел к лошадям, Ольга, пытающаяся прицепить подаренный клинок на свой пояс, окликнула его:

– Привет, Рохус! Рада тебя видеть.

Получила в ответ улыбку от своего теронца и тихо спросила:

– А как у вас положено освобождать рабов? Нужно какую-то бумагу написать?

Теронец подошел к Ольге и, забрав из рук ножны, ловко приладил их к ее поясу.

– Нет, – соизволил ответить Рохус. – Достаточно при свидетелях, не менее двух, объявить свою волю.

Ольга повернулась в сторону, где подаренная ей рабыня боком сидела в седле перед одним из воинов.

– Нарак, при свидетелях объявляю тебя свободной. Теперь можешь отправляться куда хочешь.

Но девчушка почему-то не обрадовалась,испуганно округлила рот, захлопала ресницами.

– Госпожа прогоняет меня? Вы мной недовольны? – почти плаксиво протянула остроносая девушка.

– Нет! Что ты! – поспешила утешить ее Ольга. – Просто теперь ты свободна! И если хочешь, то можешь вернуться к своей семье.

Но темноволосая теронка затрясла головой:

– Ну уж нет! Я хочу с вами, госпожа ведьма! Пусть даже в Несхон! Вы позволите мне сопровождать вас?