Книга На уездной орбитальной станции, страница 98 – Полина Лашина

Нет, надо перепроверить информацию.

— Алиса, как Азат попал во внутренние помещения моей работы без допуска? — может, она наговаривает на мужчину, просто тут универсальные отмычки на каждом углу продают, так и она себе такой гаджет прикупит.

— Я пропустила. И запрос ему тоже я послала.

— Что?! — прошипела Ната сухим горлом. — Зачем?!

Это еще что за новости?

— Тебе нужен был ближайший доступный человек с наибольшими показателями эмпатии.

— Но я же отказалась!

— Поправка: ты отказалась от постороннего человека, а Азат не относится к данной категории. У него наибольший уровень развития эмпатии из знакомых тебе людей. Поэтому я пригласила его на роль твоего собеседника.

Твою ж! Неужели Алисе все же стало жалко свою хозяйку, и она, интеллект такой-растакой, подобным образом проявила участие? А у этого гада еще и наибольшая эмоциональная восприимчивость? И при этом он тем не менее целовал ее согласно должностной инструкции? Сволочь!

И зачем «улучшенному» человеку такая эмоциональная чуткость? Пропустили баг в лаборатории или изначально так задумывали? Получается, что сопереживания у него даже больше, чем у Вика, человека обыкновенного? А она ему столько гадостей вчера наговорила! Ната застонала. К головной боли начало присоединяться еще и чувство вины.

В стенку ее капсулы раздался тихий стук. Открыв дверцу, Ната увидела Вика, протягивающего ей стакан.

— Это что?

— Корректоры водного баланса, адсорбенты,витамины… Ты знаешь, что пить много алкоголя сейчас не модно? И это плохо сказывается на организме…

— Да, да, помню, доктора у вас тут дорогие. Заботливый ты мой, — кряхтя, Ната приподнялась на локте и забрала стакан. Антипохмелин значит. Выпила, вернула стакан расцветшему в улыбке парню.

— Азат говорил, ты вчера обо мне спрашивала.

— Да? — удивилась Ната, которую раздражала слишком яркая улыбка напротив. — Врёт! Он вообще, кажется, много врёт.

Улыбка Вика потухла.

— А чего ты ему вчера наговорила? Он так и не вернулся.

— А ты на записях своих камер посмотри, — зло буркнула Ната. Ну, хоть антипохмелин научились хороший делать. Головная боль и шум стали отпускать почти сразу же.

— Данные стерты.

— Что вы говорите, — и почему она не удивлена. Но не удержалась, чтобы не подначить бывшего партнера, — что ж ты за своим солдатиком то не следишь?

— Надо проапгрейдить камеру, может вторую купить, — нахмурился Вик.

Ага, поможет тебе, как же … ты всего лишь видеоблогер, или стример, или как теперь это правильно называется… Куда тебе против спецслужб. Значит, все правда.

И куда она сама смотрела? Почему повелась так быстро на знаки внимания от нового мужика? Надо было своей головой думать, сейчас бы не пришлось локти кусать. И хоть Азат все равно сволочь, но может извиниться перед ним на прощанье, перед переездом на новое жилье. Чтобы не оставлять за спиной недомолвок и незавершенных дел. Он же не виноват, что модифицированный. Да и совсем не бракованный оказался, коли у него эмпатия более развитая, нежели у Вика.

— Да, маленько лишнего вчера наговорила ему. Надо бы извиниться.

— Извиниться перед модификантом?!

— Вот ты, Вик, кхм… — девушка остановила сама себя. Не поймет, чего зря слова на него переводить.

— Модифицированные — они ж тоже люди.

Раз уж им эмоции не убрали. — И теперь вообще не понятно, кто из двоих мужчин более настоящий человек. — А если наша вчерашняя ссора помешает сегодня твоему солдатику бой вести? У вас же сегодня бой?