Книга На уездной орбитальной станции, страница 59 – Полина Лашина

— Меня это не задевает.

— А что тебя задевает? — Надо пользоваться случаем, пока говорит хоть что-нибудь.

— Что твое чрезмерное любопытство может навредить.

Кому именно навредить? И ничего у нее не чрезмерное любопытство…

— Ой, а где это мы?!

Какая красота! Она уже видела звезды в темной бездне космоса, но в небольших окошках на высоко парящем потолке в парке. А здесь часть стены небольшого помещения, куда они попали, представляла собой выпуклый прозрачный купол. Таким образом, подойдя вплотную к прозрачной стене, можно было ощутить себя как будто посреди звезд. Что Ната и сделала. Прилипнув к стеклу,наверное, даже нос расплющился, она уперлась ладонями в немного холодное стекло, или что это могло быть, и замерла. Сама не зная — от невероятной красоты, раскинувшейся перед ней, или от благоговейного ужаса, осознавая, что за этой хрупкой на вид стеной безвоздушная безжалостная к людям бесконечность.

Спустя какое-то время протяжно вздохнула, подозревая, что давно не дышала.

— Где-то там твоя планета, да? — повернулась она к парню, застывшего молчаливым столбом сзади нее.

И не дожидаясь ответа, отвернулась, вздыхая.

— И где-то там моя. Наверное.

Она до сих пор не нашла ни одной подходящий для Земли планеты. Та, что в сети была обозначена, как «колыбель человечества» совершенно не походила на ее Землю. И если смену материков и климата еще можно как-то оправдать гео-процессами, то иные спутники и другой набор планет в той же солнечной системе объяснить гораздо сложнее.

Разлилась щемящая тоска в груди. Ведь она сравнивала и с другими планетами. Было несколько Терр, Тиерр, Террено, Лэндов, каких-то Тоу, даже парочка Грязей нашлась.

А вдруг Землю переименовали? Например, после раздела территорий с крионскау планета отошла к ним и числится сейчас в сети под новым именем? Да нет, кто бы отдал колыбель человечества чужакам? Или, тяжело вздохнула, поискать и среди исчезнувших планет?

— Кстати, Кранс, а почему люди и крионскау воюют? — спросила она, все еще любуясь звездной панорамой.

— Мы? С людьми? — презрительно фыркнул парень. — Мы с ними не воюем.

Только Ната облегченно вздохнула, как представитель Зеленых продолжил.

— Это люди с нами воюют. Пытаются, — еще фырканье. — А мы… всего лишь играем.

— В каком смысле играете? — повернулась к нему Ната.

— Это наиболее близкий аналог слова в вашем языке, — ответил он еще более непонятно.

— Объяснишь подробнее? — спросила она, проходя к нему в глубь крошечного помещения, около дальней стены которого, насколько она смогла рассмотреть в сумрачном свете, была устроена низкая широкая лежанка с подушками. Кранс уже уселся на краю, она тоже аккуратно устроилась рядом с ним.

Опять замолчал, вот же!

— Ты опять играешь в партизана на допросе?

Парень хмыкнул.

— Люди слишком глупы и оставляют партизан на завоеванных территориях. Наверное, чтобы вам потом было не скучно? Тоже любите…играть?

— В каком смысле оставляем? — Удивилась девушка. — Это же просто местные…

— Я знаю, кто это, — перебил ее Кранс. — Но у нас такого не бывает.

Она все силилась понять, о чем он толкует.

— Если крионскау что-то хотят себе, то забирают целиком и полностью. Не оставляя лишнего за своей спиной, — добавил он.

Ната опешила. Вот тебе и милашка Кранс — только что спокойно просветил, что его народ завоеванные территории полностью зачищает от местных жителей. И как часто они захватывают новые территории?