Книга (не)Бальмануг. Дочь, страница 169 – Полина Лашина

– Что-то мне не верится, – сомневался Артам с неизменной улыбочкой. – Что при виде чужих детей захочется своих... Что ты задумала, Элиана?

– Ты воспитан в традициях своего общества, Артам, поэтому не понимаешь. А в моем мире к детям немного иначе относятся, – объяснялась девушка. – У нас дети считаются цветами жизни, все ими умиляются и не стесняются проявлять внимание, а если нужно, то и заботу даже к чужим детям. Да и в семьях у нас чуть иные отношения... – вздыхала девушка.

– Интересно, какие? – тут же загорались лукавым огоньком глаза королевского бастарда. – Как у вас жена относится к мужу?

– На тебе показать не могу, – качала головой посмеивающаяся Элиана. – Но... у меня в родном мире остались маленькие племянники, с которыми я часто проводила время, играла. Я так скучаю по семье! – вырвался горестный вздох, совсем не наигранный. – И если в моем нынешнем доме опять будет звучать детский смех, то мне будет проще смириться, что я остаюсь у вас...

– Так, может, я сам подарю тебе цветочек жизни? – намекал улыбающийся мужчина, переходя на едва слышное воркование. – Твой собственный?

– Прибереги свой букетик для юной и красивой княжны, Артам, – не велась на его флирт девушка. – К тому же собственные дети еще пока вырастут до того времени, когда с ними можно играть... А чужие детки уже сразу готовы и даже не плачут по ночам в мокрых пеленках... Как, любуясь на них, не захотеть стать мамой?

И Артам пообещал подумать над ее просьбой воссоединения Агуэлы с ее детьми, но так, чтобы та не лишилась работы.

Самого Артама Элиана научила жесту "дай пять". Она прекрасно помнила, что через касания этот симпатичный тайный менталист может считывать других людей. Поэтому ему руку для пожатий не дала бы, а вот быстро хлопнуть друг друга по ладоням в знак дружеских отношений – почему бы и нет.

Неизвестно как и с кем договаривался Уетакон, но через несколько дней во флигель без предупреждения привезли двоих перепуганный деток с небольшими сундучками вещей. Агуэла когда увидела детей на пороге гостиной, где они с Элианой в тот вечер занимались бумагами, сама испугалась.

– Арт... Эйр Уеткон, вы могли бы и предупредить! – ахнула Элиана от такого сюрприза. – Янадеюсь, вы их не выкрали? Почему дети такие напуганные? Их не обижали?

Темноволосый худощавый мальчик лет пяти-шести был очень похож на маму. И не только лицом. Его испуганные глазенки настороженно смотрели на незнакомых ему взрослых, но мальчик стойко стоял с прямой спиной, как солдатик на посту, лишь кулачки сжал, да одной рукой теребил край помятого камзольчика. Сразу захотелось его обнять и успокоить.

Но напряженная Агуэла застыла, будто не зная, что делать, и вопросительно, даже с какой-то мольбой смотрела на Абссамита, который сам был озадачен. Неужели Артам о своей выходке вообще никого не предупредил?

Дочка лет трех-четырех, такая же белолицая брюнеточка, как и все осебрутажцы, сидела на руках у полной тетки, видимо, няньки с простецким отрешенным лицом. Глазки у девочки были красные, а сама малышка апатичная, будто уже устала... плакать? Неужели ребенок так долго плакал, что устал?

– Чего стоим? – подскочила из кресла Элиана. – Давли! Готовь для детей комнаты! Или нет! Может, вначале их накормить с дороги? Дети когда ели? Долго ехали? Устали? Что с девочкой? – накинулась девушка на все также отрешенную от происходящего няньку.