Книга Наследство с подвохом для попаданки, страница 3 – Екатерина Стрелецкая

Во-вторых, полное тоже не любила по той же «школьной» причине. Виктория, значит, победа. Победа – это машина,производившаяся некогда в моём родном городе. Соответственно, кривая детская логика привела меня к прозвищам «жигули» или «копейка». Очень актуально, если учесть моё плохое зрение и необходимость носить очки с раннего детства и маленький рост в те годы. Хорошо, что потом каким-то образом всё-таки вытянулась до среднестатистической отметки ростомера. Но прозвища намертво приклеились ко мне вплоть до дня вручения аттестата о получении полного среднего образования и вручении золотой медали. Только поступив в университет, смогла выдохнуть. Однако тут ждала новая засада, пусть и не настолько глобальная: в группе оказалось всего три девочки, но все они носили имя «Виктория». Для простоты общения мы быстро разобрали удобные для произношения варианты: Вик, Вика и Тори. Быстренько прибрав к своим ручкам последний вариант, я настолько привыкла к нему, что на другие сокращения не отзывалась. Исключением оставалась мама. Здесь спорить было так же бесполезно и травмоопасно, как мчать в бетонную стену, вдавив в пол педаль газа от упора.

– Вика, у тебя совесть есть? – Игорь Александрович навис надо мной, аки грозовая туча над одиноким путником, застывшим посреди бескрайнего поля.

Выбравшись из-под скамейки, под которую закатился пустой контейнер, я поправила сползшие на кончик носа очки и опустила голову вниз. Думаете, таким образом решила признать вину? Отнюдь! Просто у меня на груди было крупно написано: «Ни стыда, ни совести: ничего лишнего!». Вот такой вот «наш ответ Чемберлену». Обожаю прикольные футболки.

Начальник тяжело вздохнул и покачал головой: – Я так понимаю, что твой ответ – нет?

– Всё верно.

– Тори, ну чего тебе стоит подменить Юру всего на шесть, максимум, восемь часов?

– Желание увидеть белый свет, а не огни крематория. Игорь Александрович, я почти неделю дома не была. Смилуйтесь, дайте хоть кактус полить, а то окончательно засохнет! – о том, что меня вот уже два года на подоконнике приветствует не вечнозелёная мексиканская колючка, а её мумия, я деликатно умолчала.

– Кактусы не нужно часто поливать, иначе гниют, – с видом знатока заявил начальник, но потом резко моргнул и достал платок, чтобы протереть свои очки. – Погоди, как неделю дома не была?

– А вы в журнал прихода и ухода сотрудников загляните. Там ещё табель учёта рабочего временилежит вместе со стопкой заявлений об обмене сменами. Их там немало. Вначале я подменила Славу, потом Лёшу, затем Костю. Не гася рабочего рвения, вышла в свой день по графику на смену. Сегодня отработала за Мишу, а вы хотите, чтобы я осталась ещё поработать? Да меня в ближайшей столовой узнают лучше, чем соседи по подъезду. Те хотя бы не в курсе, какой набор блюд предпочитаю на завтрак, обед, ужин и навынос, а девочки-кассиры выдают и считают итоговый чек раньше, чем успеваю рот открыть. У нас же вечно кого-то нужно подменить, что ни день, то праздник: день взятия Бастилии, день независимости кафедры, день единства с университетом, день возложения венков к порогу кабинета ректора, поспособствовавшему передаче очередного интересного проекта нашей лаборатории и так далее и тому подобное. К тому же завтра годовщина мамы... Хотелось бы просто навестить её, а не остаться с ней навсегда, упав от усталости и уснув вечным сном.