Книга Наследство с подвохом для попаданки, страница 209 – Екатерина Стрелецкая

Лицо Геймовера резко окаменело, сделав его похожим на мраморную статую: – Это моя вина, мисс Тори, что, попросив присоединиться к этому делу, подверг вас опасности.

– Вот здесь вы не правы, лорд Габриэль. Нет в этом вашей вины, мне всё равно пришлось бы разбираться с наследием предков в ускоренном темпе. Да и дело, в которое фактически объединились три, всё равно меня касается. Рыцарство и благородство – это, конечно, прекрасно, но бессмысленно защищать человека от самого себя. Если я решила что-то сделать, то непременно добьюсь своего. Даже если сейчас начнёте корить себя за то, что оставили меня одну в тренировочном зале тогда, всё равно скажу: вы здесь ни при чём. Всё равно бы вышло именно так, как получилось в итоге. Наличие у вас тренировочного зала лишь облегчило жизнь вам и всем обитателям поместья, но не избавило меня от необходимости «вскрыть» Джоэла. Лорд Габриэль, вы же помните, как несладко вам с Рэйдом пришлось, когда почувствовали мою магию? Представьте теперь, как отреагировали бы обитатели поместья, если они и некромантскую магию с трудом выносят.

– Думаю, вы смогли бы на неделю, если не больше, вывести их из строя... – задумчиво протянул Геймовер, положив левую руку поверх правой и постукивая указательным пальцем по своему правому локтю.

– Вот и я о том же. Кстати, а там у вас что находится? – моего носа коснулся характерный запах, едва уловимый, хотя строение располагалось совсем рядом.

– Конюшня, а за ней небольшая левада. Любите лошадей, мисс Тори? Или вам, наоборот, неприятен запах, несмотря на специальные артефакты? Тогда можем свернуть на дорожку, уходящую вправо.

– Шутите? Я обожаю лошадей, правда ездила верхом всего несколько раз в жизни! – наплевав на все правила хорошего тона, я уверенно опередила эльфа на несколькошагов.

Как раз в этот момент на пороге показались два коня, которых вели разные конюхи.

– О, какое великолепное животное! – не удержавшись, я восхищённо воскликнула, оценив стать одного из жеребцов.

– Сама ты животное, – прочиталось во взгляде белоснежного скакуна, величественно вскинувшего голову и со снисхождением поглядывавшего на меня.

– Герендорхальский скакун. Редкая порода, великолепный экземпляр, – раздался за моей спиной гордый голос подошедшего Геймовера.

– Ох, как я сейчас вас расстрою обоих... – с досадой пробормотав, я указала на тяжеловоза. – Но я имела в виду его. Не в обиду сказано, но мне никогда не нравились породы скакунов с их противоестественно крупными узловатыми запястными суставами и непропорционально тонкими по отношению к длинному телу ногами. Ваш конь, лорд Габриэль, великолепен, не спорю, но не в моём вкусе.

Признаюсь честно, мне было страшно оборачиваться, услышав, как эльф даже дышать перестал, в отличие от гневно раздувшего ноздри белогривого нарцисса. Или сзади копытом припечатают, или спереди голову тростью отобьют.

– Лорд Габриэль, а вы попробуйте взглянуть на тяжеловоза под другим углом, а не так, как вас учили. Вы только посмотрите на этот восхитительный светло-бежевый окрас, который я встречала лишь у лошадей изабелловой породы. А компактное тело и крепкие мускулистые ноги? От этого тяжеловоза веет не только врождённой статью, но и мощью. Ему не нужно доказывать что-либо, выполняя определённые команды или соревнуясь в скорости, он уже такой есть во всей своей природной красе. Если я смотрю на скакуна, то у меня всё его изящество разбивается на части: отдельно оценка изящества головы и шеи, потом тела, затем ног. А у тяжеловоза вижу сразу «картинку в целом». Он для меня более пропорционален и красив. Ещё бы гриву ему привести в порядок, промыв каким-нибудь специальным шампунем, вообще глаз не оторвать! – я подошла к бежевому красавцу и провела ладонью по его шее.