Книга Измена. Бывшие в академии драконов, страница 27 – Катрин Алисина

Пытаюсьобойти снова, толпа как раз схлынула, путь свободен — и тут меня окатывает грязной водой из окна ближайшего дома. Створка захлопывается, а я вижу мелькнувшие в проеме руки паренька. Худые и неухоженные. Рукава застиранной рубашки закатаны. Намывал полы и поленился отнести ведро к канаве?

И облил ведь только меня!

Успеваю вскрикнуть. Но беды не заканчиваются. Кто-то из новых спешащих прохожих толкает меня — и я теряю равновесие. Падаю в грязный снег.

Со всего размаху!

Хоть приземлилась мягко. Но как обидно.

Незнакомец, наблюдавший за мной все это время, протягивает руку.

— Так помощь все же нужна? — ухмыляется он.

Бледно-розовый мех накидки полностью, необратимо уничтожен грязной водой и не менее грязным снегом. Золотистые шерстинки слиплись и понуро обвисли серо-коричневыми клочьями.

Я больше не выгляжу как богатая леди, жена лорда дракона. Теперь я напоминаю нищенку, уличную оборванку. Как быстро все меняется.

Снизу вверх смотрю на незнакомца. Он ухмыляется и предлагает помочь. Отвести в таверну или…

— Куда ты там захочешь, — нетерпеливо бросает мужчина.

Не спрашивает, где мой муж и не стремится вручить меня ему.

И это все очень дурно пахнет. Память услужливо подбрасывает слова Ричарда о кварталах “Чар и Чудес”. Догадываюсь, что водой из окна меня облили не случайно.

— Нет, — отрезаю я твердо. — Ничья помощь мне не нужна.

Поднимаюсь, собираясь уйти. Отряхиваю руки. Уже отворачиваюсь, выбирая другую дорогу.

И тут…

— До чего же ты несговорчивая, — цедит мужчина, оказавшись за спиной.

Чувствую, как он хватает меня за локоть, а затем крепко, до боли сжимает руку. К шее прижимается холодная сталь.

— Это кинжал, — вкрадчиво поясняет незнакомец мне на ухо, обдавая смрадом гнилых зубов. — Пикнешь — тебе конец.

— Кошель в кармане. Забирайте и… отпустите, — бормочу я.

— А мне и не монетки нужны, — противно хихикает гнилозуб за спиной. — Мне нужна ты. Идем, — добавляет он грубо.

Впрочем, деньги все равно покидают мой карман и кочуют к незнакомцу.

Чувствую толчок в спину. Шагаю, пусть и спотыкаясь, чтобы не упасть.

Я пытаюсь заглянуть в глаза редким прохожим. Прошептать одними губами: “Помогите”. Но окружающие отворачиваются. Из-за моей ли внешности оборванки и нищенки или на самом деле понимая, что происходит.

И не желая связываться.

Довольно быстро мы сворачиваем в неприметный переулок. Затем второй, третий. Глаза у меня не завязаны, но в таком лабиринте потеряться проще простого. И все же я настойчиво считаю повороты, примечаю ориентиры.

Выцветшая от времени вывеска лавки алхимика. Зеленоватый от влаги металл цепей и замка. Разбитые ступеньки лестницы.

Вскоре меня вталкивают в засаленную от частых касаний чужих грязных рук дверь. За ней дешевая таверна.

Внутри затхло и пахнет потом. Звенят монеты. Хитро и зло блестят чужие темные глаза. А некоторые посетители прячут лица под капюшонамии выбирают неприметные столики в темных углах.

И я понимаю. Это не просто таверна.

— Тьма, куда вы меня притащили? — пытаюсь развернуться к похитителю лицом. Но тот толкает меня в спину.

— Иди, — грубо обрывает меня он.

— Я не буду… — от возмущения не могу подобрать слов.

— Тебя не спрашивают, — зло отвечает он. — Умолкни и двигай ляхами.

Сглатываю. Подчиняюсь. Продумываю в уме варианты побега.