Книга Развод в 45. Хозяйка заброшенного имения, страница 93 – Таня Акентьева

Сердце сжалось от боли.

Я перевела взгляд на другую клетку и в ужасе отшатнулась.

На полу, в самом углу, темнело бурое засохшее пятно крови.

К горлу подкатил ком тошноты. Запах сырости и гнили стал просто невыносимым. Зажав ладонью рот, я бросилась бежать прочь из этого чудовищного места. Я стремительно пронеслась мимо Риана, вбежала по лестнице и, миновав кладовую, остановилась посреди кухни.

Жадно глотая ртом свежий воздух, я пыталась прийти в себя, но вместо облегчения, вдруг почувствовала, как предательски подогнулись колени. И чтобы не упасть, я оперлась руками о кухонный стол, закрыла глаза и стала дышать медленно, глубоко. И это помогло. Вскоре головокружение отступило, дыхание выровнялось.

Я выпрямилась и обернулась.

Риан стоял в нескольких шагах от меня и смотрел так, как смотрят на хрустальную вазу, которая только что едва не выскользнула из твоих рук. В его глазах плескалось беспокойство, смешанное с нежностью, и какое-то странное, трудно уловимое сожаление.

— А сейчас... после всего увиденного, ты всё ещё считаешь, что чудовище — это я? — спросил он.

Считала я ли Риана чудовищем? Врядли.

Жестоким, властным, эгоистичным… но не чудовищем.

— Нет... — тихо ответила я, а затем, немного помолчав, добавила: — Но как бы не была сильна твоя ненависть, как бы сильно ты не хотел отомстить, ты не имел права, рушить мою семью.

— Семью? — Риан вскинул брови и иронично усмехнулся. — Ты называешь это семьёй? Да Шейн же только и делал, что вытирал об тебя ноги! Ты была для него просто игрушкой. Смертной, бесполезной, бездарной человечкой! Пойми ты это уже наконец! Все эти годы ты жила в золотой клетке, Валерия! А я... я просто открыл тебе глаза на того, кого ты так сильно любила...

Я сжала кулаки, чувствуя, как гнев закипает во мне.

— Не смей... — зло прошипела. — Не смей даже говорить о моей семье. Шейн был сложным человеком, да. У него были свои недостатки, свои слабости, но он любил меня. По-своему, но любил.

— Любил? — Риан презрительно фыркнул. — Интересно, в каких моментах проявлялась его любовь? Возможно тогда, когда он привёл в ваш дом другую женщину? Или когда он унизил тебя на глазах у всего высшего общества? А может быть тогда, когда он прогнал тебя и запретил видеть сына? Открой глаза, Валерия! Ты жила в собственно созданной иллюзии... Иллюзии, которую я так легко разрушил.

Я почувствовала, как земля уходит из-под моих ног.

Слова Риана разили, как ядовитые стрелы, попадая точно в цель, в самые болезненные воспоминания. Да, Шейн был далек от идеала, но в нашем браке были и светлые моменты. Были улыбки, объятия, надежды на будущее. Пусть и призрачные, но они были! И Риан не имел права отнимать у меня эти воспоминания, как и не имел права судить.

— Да, возможно, я и жила в иллюзии, — призналась я, чувствуя, как слезы подступают к глазам. — Но это была моя иллюзия. Моя жизнь. Это был крохотный, но счастливый для меня мир! И ты не имел права его разрушать. Ты не имел права лишать меня семьи, Риан!

Тишина повислав воздухе. Риан смотрел на меня, и я увидела, как в его глазах на секунду промелькнуло сомнение, но он тут же взял себя в руки, и его взгляд стал непроницаемым.

— Я сделал то, что должен был сделать, — тихо сказал он. — И я ни о чем не жалею.

Я задохнулась от возмущения.