Книга Развод в 45. Хозяйка заброшенного имения, страница 64 – Таня Акентьева

Я замерла, пытаясь осмыслить услышанное. Академия... Мечта Дарока... Легендарное место, куда попадают лишь избранные — те, в ком Совет Магов видит исключительный дар.

— Это правда? — ошеломленно переспросила я.

Шейн кивнул, и в его глазах мелькнуло что‑то похожее на гордость.

— Да. Его имя появилось в списках зачисленных два дня назад. И как только Дарок получил письмо, он попытался связаться с тобой, но ты...

— Но я не отвечала, — закончила я за него, чувствуя, как внутри разрастается горькое чувство вины.

Тишина наполнила комнату. Тяжёлая, давящая.

Я опустилась обратно на край постели и попыталась переварить тот факт, что, судя по всему, я ещё не скоро встречусь со своим мальчиком.

— Я надеюсь ты не станешь настаивать, чтобы Дарок в ближайшее время приехал в родовое гнездо? — голос Шейна прозвучал угрожающе. — Ты должна понимать, что тем самым ты можешь разрушишь всю его жизнь.

Я подняла взгляд на мужа.

— Да, я очень соскучилась по нему, — тихо произнесла. — Но я не настолько эгоистична, чтобы лишать сына мечты.

Шейн слегка расслабился, хотя в его взгляде по‑прежнему читалась настороженность.

— А что с тобой вообще произошло? — он смерил меня изучающим взглядом. — Ты... ты похожа на блеклую моль. Худая, бледная. Ты совсем не следишь за собой, Валерия... Вижу жизнь в глуши практически сломала тебя...

"Не дождёшься!" — с ненавистью посмотрев на бывшего мужа, подумала я.

Между тем он продолжал:

— ... Ты голодаешь? — Шейн усмехнулся. — Или больна?

Я сжала кулаки, чувствуя, как внутри меня закипает злость.

Он ещё и насмехается. А не по твоей ли милости, милый мой муженёк, я оказалась здесь?

Но показывать своей слабости и уже тем более жаловаться на жизнь, я не собиралась.

— А ты себя-то, Шейн, давно в зеркале видел? — парировала я, глядя на его изможденное лицо и темные круги под глазами. — Уж если и кто из нас болен, то это точно не я! Твоя кожа стала серой, Шейн. Ты выглядишь так, будто бы уже одной ногой стоишь в могиле. Не знала, что истинность так влияет на драконов... Или ваш с Мелиссой союз особенный?

Благоверный сжал кулаки, и я могла бы поспорить, что в этот момент Шейн представлял, как с онхрустом ломает мне шею...

Но он умело справился со своими эмоциями. Шейн лишь смерил меня уничтожающим взглядом и брезгливо опустил уголки губ. Затем мужчина достал из кармана своего камзола позолоченный тубус и, свентив крышку, вынул из него несколько скрученных пергаментных свитков.

— Вот, — произнёс холодно и бросил бумагу мне на кровать. — Документы на развод и дарственная на твоё имя. Отныне ты являешься разведёнкойи владелицей родового гнезда.

Проигнорировав его очередной выпад, я потянулась и взяла свитки.

Пальцы дрожали, когда я разворачивала бумагу.

Документы на развод... Дарственная... Всё в двух экземплярах.

Неужели я теперь не только свободная женщина, но и владелица всех этих земель?

Я пробежалась глазами по строчкам.

Всё было оформлено безупречно. Именно так, как я того и хотела.

Поднявшись, нашла в сумке письменные принадлежности и, взяв в руки перьевую ручку, без раздумий подписала все документы. Затем подошла к мужу и молча вернула ему один экземпляр.

— Теперь ты довольна? — спросил Шейн, и в его голосе прозвучало презрение.

Я вскинула взгляд на бывшего мужа.

Довольна ли я? Разве можно быть счастливой, когда ломается вся твоя жизнь? Разве можно ощутить радость от того, что формальная точка поставлена там, где когда‑то пылало жаркое чувство любви?