Книга Развод в 45. Хозяйка заброшенного имения, страница 38 – Таня Акентьева

И всё же, разум взял верх над любопытством.

Решено, я переночую в особняке, а с первыми лучами солнца покину это жуткое место.

Обратная дорога до особняка показалась мне вдвое длиннее.

Каждый шорох, каждая тень заставляли меня вздрагивать и озираться.

И когда, наконец, впереди показался знакомый фасад двухэтажного дома, меня уже изрядно трясло от страха. Схватив кошку на руки, я пулей влетела в дом и захлопнула дверь за собой. Опустив кошку на пол, я повернулась, чтобы закрыть дверь на задвижку и, в этот самый момент, за спиной раздался разъяренный рык бывшего мужа:

— Где тебя черти носят, Валерия?

Его голос раздался так неожиданно, что я едва не завизжала от ужаса. В тот момент я буквально прочувствовала, что это значит, едва не умереть от страха. Резко обернувшись, я впилась изумленным взглядом в лицо Шейна и… обомлела. Мой пока ещё муж выглядел, мягко сказать, неважно: осунувшееся лицо, тёмные круги под глазами, щетина, покрывающая обычно гладко выбритое лицо… Но больше всего меня поразил его взгляд — мутный, горящий каким-то безумным огнём. Обычно сдержанный и респектабельный Шейн сейчас напоминал дикого зверя.

«Что это с ним? — пронеслось у меня в голове. — Неужели встреча с истинной парой так на него повлияла? Или… разлука со мной?»

Я уже было открыла рот, чтобы спросить у Шейна о его самочувствии, но в ту же секунду упрямо сомкнула губы обратно.

«Его здоровье отныне не волнует меня., — напомнила я себе. — Пусть Мелисса теперь проявляет заботу к нему. А я… я больше не его жена, не его поддержка и не его утешение. Так пусть же этот предатель пожинает плоды своего выбора!»

Однако, несмотря на все мои рациональные доводы, сердце предательски сжалось от жалости. Этот человек, стоящий передо мной, когда-то был для меня опорой, моей любовью, моей вселенной.

Мы делили с ним радости, горести, мечты и надежды…

Так… Стоп! А что он вообще здесь забыл?

— Зачем ты здесь? — пытаясь подавить в себе остатки былых чувств, холодно спросила его.

Шейн сделал неуверенный шаг в мою сторону, и я невольно отступила назад. Прижавшись спиной к холодной двери, я смерила его взглядом, полным презрения.

— Не подходи ко мне, — прошептала одними губами.

В глазах мужа мелькнуло что-то похожее на боль, но он умело взял себя в руки.

— Ты боишься меня? — усмехнулся мужчина, и эта ухмылка обожгла сильнее всяких слов. В ней было столько самодовольства, столько уверенности в своей неотразимости, что меня передёрнуло от омерзения.

— Боюсь? Тебя? — я презрительно фыркнула. — Скорее, ты мне противен…

Глаза Шейна опасно блеснули, зрачок хищно вытянулся, и он в два шага сократил расстояние между нами. Уперевшись ладонями в дверь, он приблизил своё лицо к моему и прошипел:

— Противен? Вот, значит, как ты заговорила? А если так? — он больно схватил меня за подбородок и, наклонившись, стал целовать.

Его поцелуи были грубыми, требовательными,лишенными всякой нежности. Он не спрашивал, не просил, а брал, словно у меня не было права на собственные чувства и желания. Я пыталась отвернуться, пыталась вырваться из его хватки, но Шейн держал крепко, не давая мне ни единого шанса. В его поцелуях чувствовалась злость, обида и какое-то отчаянное желание доказать свою власть. В какой-то момент он уже не целовал, а просто кусал. Он словно бы намеренно причинял мне боль, тем самым уничтожая остатки меня самой.