Книга Александра. Не будите во мне вейра, страница 22 – Светлана Шавлюк

— Барон-тес… — я почти не слышала даже себя. — Корстен где? Он жив? — искала его глазами. В этот момент поняла, что мне совсем не хочется, чтобы он пострадал. Я к нему привыкла. К его молчаливому присутствию рядом. — Он был рядом с тем придурком, который нас всех чуть не угробил, — истерика подступала все ближе с каждым мгновением, но я упорно старалась ее сдержать.

Корстен тут же оказался рядом. И все внутри сжалось от ужаса и боли. Он был ранен. Серьезно ранен. Но держался на ногах. И по первому зову оказался рядом. Сглотнула колючий комок в горле. Его лицо, плечо и рука были в рваных ранах, которые были обожжены. Запах паленой плоти ударил в нос, но я думала лишь о том, что он так сильно пострадал. По щекам заскользили горячие слезы. А Корстен отвернулся и проговорил:

— Я больше не побеспокою тебя вейра, Клиата. Александра. Я не хочу пугать тебя и досаждать своим ужасным видом. Я рад, что ты осталась жива и осчастливишь какого-тодостойного вейра.

Меня едва над полом не подбросило. Что он сказал? Паника и боль отступили. В лицо плеснуло жаром гнева.

— Ах вот как! — хрипло выдохнула я. — Шкурку подпортили и ты в кусты? — прошипела ему. — А знаешь что! — руки сжались в кулаки, — мне твоя красивая морда так надоела за все эти дни! И раз уж ты за меня решил, что я пары шрамов испугаюсь, то и вали. Вот. Ищи себе дальше хрустальную вазу в мягкой комнате. А я больше ничего бояться не собираюсь!

Голос задрожал, я поняла, что если скажу еще хоть слово, то просто разрыдаюсь. Сжала губы и зубы и отвернулась, пытаясь сдержать слезы. Хорошо, что рядом была Рита. Такая же, как и я. Она и высказала примерно то, что думала и я, только говорила она это своему Тайлингу:

— Слушай, а может и не зря у вас такие проблемы с деторождением и женщинами, а? — Может, вас само провидение пытается проучить? Потому что есть предположение, что в самый ответственный момент вы ведете себя, как идиоты с женщинами.

Нас быстро увели из зала и расположили в кабинете моего отца. Я бы наверное восхитилась мрачной роскошью убранства этого места, если бы в голове все еще не звенело от взрыва, от гнева и злости на Корстена и от мыслей о том, что если бы меня изуродовало бы в этой заварушке, этот барон тестостерон тоже бы быстренько на лыжи встал в поисках более симпотичной мордашки. И не сдержавшись, пока сильные мира сего обсуждали важные вещи, я все же задала этот вопрос. Он лишь крепче сжал зубы, глаза его стали еще темнее, а голова опустилась еще ниже. Очевидно, так проявлялась вина и стыд. Но меня эта пантомима не трогала. Хотелось отхлестать вейра по щекам, но его лицо и без того было одной сплошной раной. Так вот я и сидела, то злилась на него, то жалела.

А Рита тем временем с Тайлингом все же рассказали отцу о своих подозрениях и о том, что мы с ней попали в этот мир их другого. А еще они заявили:

— Есть вероятность, что местная Богиня когда-то выдернула наши души из этого мира. И вот теперь вернула назад, — развела руками Рита.

Сказать, что Диар был ошарашен — ничего не сказать. А потом вдруг выяснилось, что маман все это время винила себя в моем исчезновении. И при этом водила «дружбу» с местной Богиней. Хотя все вирры, вейры и айры поклонялись своему Всевышнему. И когда Веронс по приказу отцапривел маму Клиаты в комнату, я вдруг почувствовала, как холодок осознания проникает в сердце и расползается по всему телу. А что, если Рита права? Судя по словам мамы это вполне возможно.