Книга Звёздочка для Демона, страница 54 – Лина Деева

— И то верно, — согласился Гарм. — Ложитесь, я подежурю.

— Э, нет, — качнул головой Эктиарн. — Ты свой подвиг уже совершил, так что время совы на часах стою я, а время змеи — Флегетон. И не спорь.

— И зачем вам вообще командир? — риторически вопросил Гарм и совершенно неуловимым образом — я только моргнула — оказался рядом со мной. — Так, пташка, быстро баиньки.

Забрал из моих рук давно опустевшую кружку, и под локоть, поскольку ноги меня держали откровенно плохо, довёл до уже разложенного спальника.

— Спасибо, — пробормотала я, забираясь в уютный кокон. — Добрых снов.

— И тебе.

Я почувствовала, как меня накрыли плащом, и, машинально уткнувшись в него носом, соскользнула в сон.

Мрачный ельник, недоброе, вязкое безмолвие. Я стараюсь как можно тише идти по опавшей хвое, но всё равно с каждым шагом ощущаю недовольство этого места. Шумная, чужая. Крылатая.

— Просто выпустите меня.

Глухое раздражение нарастает. Деревья будто сдвигаются теснее, нарочно наклоняют колючие лапы, так и норовя попасть в лицо или зацепиться за волосы.

— Послушайте, что я вам...

Я осекаюсь и стремительно оборачиваюсь. Шорох за спиной — почудилось? Испуганным оленем раздуваю ноздри и чувствую даже не запах, а тень запаха.

Гниющая плоть.

Судорожно всхлипываю — нет, он мёртв, я сама видела! — замечаю в тёмной глубине леса две рубиновые искорки и...

Просыпаюсь.

— Всё в порядке? — обеспокоенно спросил разбудивший меня Эктиарн.

— Д-да, — я поняла, что дрожу, и подтянула плащ Гарма к самому горлу. — Просто кошмар.

Демон посмурнел и проронил:

— Неудивительно. Но тебе больше нечего бояться.

— Знаю, — я отвела глаза. А затем шёпотом призналась: — Только всё равно страшно.

Эктиарн окинул меня задумчивым взглядом и, что-то решив, поудобнее уселся рядом.

— Отдыхай, я посторожу.

У меня вырвался вздох облегчения:

— Спасибо! — Однако вместотого, чтобы последовать совету, я, слегка помявшись, спросила: — Скажите, вы давно знаете про... Гарма?

— С нашей первой встречи, — спокойно ответил Эктиарн. — Много лет назад я по дурости попал в, скажем так, безвыходную ситуацию и уже искренне простился с жизнью, когда появился он. И спас нас обоих — ценой метаморфозы.

— Надо же, — пробормотала я. Нет, в том, что Гарм на многое пошёл бы ради друзей, сомнений у меня не было давно. Но ради незнакомца?

— Я был молод и глуп, — послышалось откуда-то со стороны.

Вздрогнув, я приподнялась на локте и встретила взгляд полулежавшего на седельных сумках Гарма.

— Сейчас бы я на такое не пошёл, — закончил он и, зевнув, добавил: — А теперь заканчивай меня обсуждать и спи. Если тебе опять приснится та тварь, я приду и убью её последней смертью. Даю слово.

— Х-хорошо, — я понятия не имела, что такое «последняя смерть» и как мне реагировать на обещание очутиться в моём сне. — Спокойной ночи.

— Угу. — Кажется, собеседник успел вновь задремать.

Я тоже улеглась, и Эктиарн, с лёгкой улыбкой пожелав мне доброй ночи, отошёл к костру. Поворошил угли, подкинул в пламя немного сушняка — и рухнул на землю, сбитый с ног чем-то стремительным и тёмным.

Дальше всё происходило стремительно. Испуганно заржали кони, от волны силы яростно полыхнуло пламя костра, и в его беспощадном свете стала отчётливо видна отвратительная, замотанная в обрывки тряпок тварь сверху на Эктиарне. Словно почувствовав мой взгляд, она подняла голову, повернула перепачканную кровью морду — и крик умер у меня в груди. Тварь злорадно оскалила острые треугольные зубы — и её буквально снесло с тела жертвы. Пронзённая двумя клинками, она оказалась в самом центре огненного цветка, и от нечеловеческого визга у меня заложило уши. Пламя взметнулось ещё выше, невыносимо завоняло горелым. Чувствуя, что меня сейчас стошнит, я зажала ладонью нос и рот. Ещё лучше было бы зажмуриться, нырнуть с головой в спальный мешок, но я, словно зачарованная злым проклятием, не могла отвести взгляд от верещавшей и корчившейся в костре мерзости.