Книга Колдун ветра, страница 66 – Сьюзан Деннард

Аэдуан кивнул.

– Утром, – сказал он, борясь с желанием побыстрее отделаться от нее и нырнуть в ручей за рубашкой. – Я дам тебе монету утром.

Кивнув, Изольда наконец покинула берег ручья. Ночные тени окутали ее, а звезды освещали ей путь.

Аэдуан мгновенно оказался в ручье, молясь, чтобы рубашку не унесло слишком далеко вниз по течению и он смог бы ее найти.

Туман окутывал темные улицы Ловатса, пока Мерик наблюдал за особняком семейства Линдей. Как и все городские резиденции визирей, дом стоял на усаженной дубами Белой улице, что вела к Королевскому холму.

В особняке не светилось ни одно окно, даже тени не двигались за стеклами. Что еще выберет в качестве убежища колдун растений? Конечно, свой сад.

Мерику потребовалось всего несколько минут, чтобы добраться до оранжереи Линдея. Пар окутывал строение из стекла и железа, и Мерик знал, что ждет его внутри.

Прошло тринадцать лет с того момента, как он последний раз бродил в здешнем зимнем саду. Тогда принц был мальчишкой, всего семи лет от роду.

А еще было светло, и его официально пригласили в гости.

Однако никто из неуклюжих стражников не заметил Мерика, перебегающего из одной тени в другую. Дважды парень чуть не наткнулся на охрану и дважды с помощью ведовского ветра поднимал стену тумана.

Он обогнул живую изгородь из колокольчиков, распустившихся фиолетовыми цветами, и замер, пригнувшись, под вишневым деревом. Какое расточительство вся эта оранжерея! Бессмысленная трата плодородной земли и еще более бессмысленная трата ведовских сил. Семейство Линдей могло бы использовать эти ресурсы, чтобы накормить голодающих, что толпились у их ворот, но вместо этого они выращивали декоративные цветы, которые никому не нужны.

Стоит включить этот пункт в список всего, что Мерик хотел обсудить с визирем.

– Вперед, – скомандовал себе парень.

Пора добраться до Линдея и до правды об этом наемнике Гаррене. Сила, сила, сила.Сила текла внутри Мерика, он был наполнен ею. Ему было легко управляться с внутренним жаром, даже когда он был совсем измотан.

Все стало проще с той встречи в «Приюте Пина». Стоило парню принять имя Гнева, и внутренний ветер полностью подчинился ему. А сам Мерик без труда хранил спокойствие, даже ни разу не вышел из себя.

Спокойствие – это правильно, это хорошо. Спокойные ветра позволяли кораблям плыть без страха, добираться до родной гавани целыми и невредимыми.

Но оно не отменяло осторожности. Мерик чуть было не задел натянутую у заднего входа тонкую веревку, но вовремя почувствовал вибрацию, когда коснулся ее лодыжкой.

Парень резко взмахнул руками, и его ведовской ветер вырвался наружу, чтобы унять вибрацию. Веревка осталась неподвижной.

Затаив дыхание, Мерик смотрел, как она замирает. Как замирает весь мир, сужаясь до этой проклятой веревки и биения его собственного сердца. Оно стучало достаточно громко, чтобы выдать принца.

Но сигнал тревоги не прозвучал. Ни одна ловушка не сработала. Мерик внимательно проследил за каждым листочком, каждым лепестком, каждой чешуйкой коры.

Веревка уходила в тень, туда, где железные балки удерживали стеклянные стены. Там она ползла наверх и заканчивалась у латунного колокольчика.

У Мерика перехватило дыхание. Провал оказался слишком близко, поскольку, хотя колокольчик и был крошечным, его звука оказалось бы достаточно, чтобы предупредить кого-то внутри о прибытии чужака. Но теперь единственным звуком оставалось журчание фонтана в сердце оранжереи.