Книга Кофейня для разведёнки, или Неправильная истинная, страница 109 – Любовь Песцова

Сильно перенапрягся только. Проще было бы убить.

Но эти кровожадные мысли я озвучивать не стала. Пусть и дальше думает, что я Мать Тереза этого мира.

— Тобой она манипулировать не могла, — вспомнила я. — У тебя какой-то амулет? Наподобие того, что ты мне дал?

— Не совсем, — улыбнулся он, а потом начал расстёгивать рубашку.

— Эй, ты что делаешь?

Сказать, что такое внезапное желание оголиться вызвало недоумение, значит, сильно преуменьшить. Я даже пару шагов назад сделала.

— Раздеваюсь, разумеется. А на что похоже?

Скинув рубашку, он повернулся, призывая обратить внимание на его спину.

Под левой лопаткой виднелась не очень большая, но витиеватая татуировка. Я её и раньше краем глаза видела, но не спрашивала откуда она появилась. Мало ли.

— Шаманы Эль-Хамада такое рисуют. Действует надёжнее любых амулетов хотя бы из-за того, что её нельзя украсть.

— Удобно, — признала я.

— Тебе тоже набьём, — пообещал Кас.

— Не думаю, что в ближайшее время появится ещё один маньяк со способностями к ментальной магии.

— Как знать, — пожал он плечами. — Лучше перестраховаться. В конце концов, разум эта татуировка закрывает отлично от любого воздействия, и для тебя это необходимо. Никому ведь не нужно знать, что ты не совсем Вивьен, верно?

Тёмные глаза мерцали в полумраке, и было непонятно, злится он или нет.

— Итак, как же тебя зовут?

Я вздохнула, собираясь с духом, и призналась:

— Настя.

Я покатала почти забытое имя на языке, как дорогое вино. А потом грустно улыбнулась и начала рассказывать:

— А если точнее — Анастасия Туманская. И наши судьбы с Вивьен во многом были похожи. У меня не было астмы и настолько злобной свекрови, а в остальном… Сейчася понимаю, что мы обе очень неудачно вышли замуж, обе жили не свою жизнь, подстраиваясь под окружающих, делая так, как хочется кому-то. Отдавали себя по кусочку, пытаясь соответствовать ожиданиям родителей, свёкров, отчаянно стремились заслужить любовь.

— Понятно. И где Вивьен?

По позвоночнику пробежал холодок. Он надеется её вернуть? Может, это она его истинная пара? Наверное, думает, что должен именно на Вивьен жениться, а не на мне…

— Не знаю. Подозреваю, что её давно нет в живых. Она понимала, что умирает, и отдала остатки своих сил, чтобы всё исправить. Провела Обряд Феникса.

Кас присвистнул. Было от чего. Это я в самом начале не осознавала масштаб трагедии, а потом, почитав, убедилась, что этот обряд проводят только самые отчаянные.

— И вот здесь появилась я. Не знаю, как и не представляю, где искать настоящую Вивьен. Хотелось бы сказать, что в моём мире, но вряд ли. Там я умерла.

Вспомнился тёмный переулок, холодное лезвие ножа, которое показалось раскалённым, когда вошло под ребро.

Я сама не заметила, как начала рассказывать. О своей прошлой жизни. О родителях, нелюбимой работе, а том, как вышла замуж и как развелась.

Кас слушал не перебивая. А когда поток слов иссяк, подошёл, обнял за плечи и прижал к себе.

— Хорошо, что ты теперь здесь. Спасибо, что пришла в этот мир, Настя.

Из его уст моё прошлое имя прозвучало так комично, что я хмыкнула.

— Что?

— Звучит очень странно. И как будто с акцентом. Нет уж, называй лучше Вивьен, я уже привыкла.

— Как скажешь, — согласился он. — Мне совершенно всё равно, как тебя зовут. Плевать, сколько раз ты была замужем, откуда пришла. Я люблю тебя. Именно тебя. Девушку, которая преодолела границу миров и дважды развелась, чтобы обрести свободу. И никогда тебя не отпущу.