Книга Дракон напротив? Ведьма против!, страница 60 – Риска Волкова

– Что это такое?! – произнесла я, а потом услышала с улицы совершенно явственный детский крик.

***

Шеррах касс Китрев. Наследник престола королевства Андин

Из всех четырех братьев, Лайарин был ярче остальных. Привлекательная для женщин внешность, острый ум, деятельная натура и успехи в ратных поединках сложили определенный образ. Эдакий недотрога-красавчик с печатью древней тайны собственного проклятия, от которого, возможно, зависела судьба мира.

Я всегда был другим. Спокойным, сдержанным, не слишком приковывающим внимание. Хоть и был наследником престола, я никогда не пытался выделяться. Да и не мог. Вместо рыцарских поединков я часами просиживал за уроками. Ничто и никогда не давалось мне легко. Информацию я запоминал плохо, и мне приходилось тратить большое количество усилий, чтобы достичь определенных успехов. А, ставя себе цель, я всегда ее добивался. Поэтому в каком-то смысле был благодарен судьбе, что она не одарила меня ярчайшими талантами – это позволило мне развить в себе упорство и характер, от которого в будущем могло зависеть очень многое.

Меня рано отлучили от матери, и у меня, признаться, никогда не было ни настоящих друзей, ни даже хороших приятелей. Вместо этого я с малолетства под строгим присмотром нянюшек и воспитателей проводил время рядом с отцом на политических советах, а так же на приемах, где отрабатывал совершенное владение собой, своими эмоциями и желаниями, загоняя последние на самые отдаленные задворки собственной души.

Не знаю, кем я стал в итоге.

Когда я достиг определенного возраста, и у меня появилось больше свободы, отец стал приводить мне женщин. Хорошенькие актрисы, желавшие благосклонности короны, танцовщицы, после – фрейлины. Бабочки-однодневки, в которых меня не интересовало ничего. Они все были пустыми. Поначалу мне казалось, что вот-вот и найдется та, которая затронет мое сердце, но нет. Такого не было, и я все больше был уверен в том, что мне никогда не испытать тех чувств, которые называют любовь. А уж тем более любовь к той, которую обычно называли “иссэ-а”. Дословно этот термин переводился как “редкое сокровище”.

Все изменилось совсем недавно. Изменилось настолько, что мой собственный брат вдруг в один миг оказался для меня врагом. Оказавшись во дворце вместе, мы разошлись по своим комнатам, стараясь больше не пересекаться. Лишь за одним из ужинов отец поинтересовался, что между нами происходит. И я, и Рин ответили весьма прохладно и отстраненно, чтоне укрылось от проницательных глаз моего отца.

– Проблема в женщине, верно? – отец все же раскусил меня сразу, как только за нашими спинами захлопнулась дверь в его кабинет.

Брата с нами, к счастью, не было. Он часами просиживал эти дни в королевской библиотеке, и отчасти я понимал, что он занят важным и нужным всем нам делом.

Я устроился в кресле с чашкой ароматного чая в руках. А отец напротив меня уселся в таком же.

– Я не совсем понимаю, что происходит. Проблема во всем, если честно. Это все взаимосвязано и...

– Твой дракон отзывается на нее? – перебил отец.

– Да, – нехотя признал я. – Прежде такого не было.

– А дракон Лайарина?

Глупо было отрицать очевидное.

– Отзывается тоже.

Отец задумчиво потер подбородок.

– Одна “иссэ-а” на двоих. Надо же... Кто-то получит сокровище, а кто-то останется довольствоваться обычной жизнью. Впрочем, вы – братья. Понятно, почему вашим драконам подошла вдруг одна и та же девица. Быть может, вы могли бы договориться?