Книга Рыжая Акула для черного ворона, страница 29 – Анна Леденцовская

Договорить она не успела, поскольку их троица уже встала на пути ползущего туда же главаря.

— Тупые курицы. Вам же, перед тем как запереть, нацепили «звенья». Или вы считаете, что просто получили украшения от доброго дядюшки Дана, который хотел вас порадовать? Это же не обычная метка или штуковина от вашей бывшей директрисы... Впрочем, вам эта информация ни к чему, — мерзко улыбаясь, поведал им мужчина, вытащив изо рта нож и приготовившись к схватке. Женщины с оружием его нисколько не напугали. При этом бандит незаметно, почти неуловимыми движениями что-то нащупывал второй рукой под кожаным клапаном своего баула.

Алина и правда вспомнила, что перед тем, как впихнуть их в клетки, на них нацепили какие-то штуковины.

— Арр... и-и-и... ш-ш-ш…

Боль была пульсирующей и резкой. Алина шипела, как осипшая змея, пытаясь продышаться. Рядом, хватая воздух ртом, так же извивалась на траве Иитеа. Только назвавшаяся Касей хрупкая девчонка стояла как вкопанная, сжимая в руке клинок, и мерзавец, раззявив рот, пялился на нее, как на восьмое чудо света. Шминдан не мог сообразить, почему она не свалилась вместе с остальными, понятия не имея, что девушка совсем не та пленница и артефакта на ней нет.

Впрочем, очухался он быстро. Неповоротливые и тупящие бандиты долго не живут и главарями не становятся. Стремительный бросок его тела из положения сидя девушка чуть не прозевала.

На счастье пленниц, резкое движение привлекло более опасного хищника. Перед глазами пронеслась алая молния и перехватила мерзавца, едва не раздавив спасенных попаданок галопирующими лапами. Сумка Шминдана с лопнувшим ремнем осталась валяться в траве.

А еще через пару мгновений над их головами вдруг раздалось оглушительное хлопанье гигантских крыльев, и на изрытую когтями красного дракона полянку один за другим начали спускаться егосородичи. Уже скулящей от усиливающейся боли Алине казалось, что их тысячи, перед глазами плыло. Активированный уже мертвым бандитом артефакт продолжал работать.

Даже когда его кто-то отключил, Акуличева не сразу пришла в себя. Скрючившись и быстро-быстро дыша, она сидела на траве, наблюдая, как отвязывают пленника и освобождают из узилища попаданок.

Казалось, что все закончилось. Ничто не предвещало новой беды, но, когда прилетевшие на драконах мужчины, одетые в военную форму, попытались извлечь из клетки Варнику, та вдруг заорала, забившись в припадке.

Очевидно, обезумевшая женщина, почувствовав прикосновение мужских рук, решила, что над ней опять будут измываться. Она не слышала увещеваний других попаданок и попыток что-то ей объяснить; вероятно, жестокие издевательства повредили ей рассудок. В какой-то момент несчастная, извернувшись, вырвалась из державших ее рук и с истошным визгом кинулась бежать к лесу.

Движения женщины были резкими, хаотичными, и ничего, что защитило бы ее от дракона, у нее не было.

Спасти ее не успели. Алому хищнику было все равно, и челюсти проворного дракончика сомкнулись на новой жертве до того, как кто-либо смог его остановить. Логика ящера была проста: добыча убегала от его хозяев. Значит, можно догнать и съесть.

Ужас накрыл попаданок с головой, заставив сбиться в кучу поближе к военным и замереть, не шевелясь. Гарти всхлипывала, Литеша от испуга начала икать, еще больше сжавшись в комок на грязной земле и кусая губы, и так искусанные в кровь.