Книга Лев для Валерьянки, страница 85 – Анна Леденцовская

— Соседи тоже, поверьте, не останутся в стороне и решат использовать ситуацию к своей выгоде. Кто-то просто начнет безобразничать на границах принадлежащих роду земель, кто-то будет делать ставку на одного из претендентов, требуя за поддержку свою долю родовых богатств, ну и без наемных убийц, отравы и прочих прелестей смутного времени не обойдется. В худшем случае род совсем исчезнет, а его представители как жалкие попрошайки разбредутся по чужим кланам, заняв там низшее положение. Хуже всего придетсядетям.

— Почему детям? — перебила графского секретаря Лера. Сердце девушки болезненно сжалось. Она не понимала, при чем здесь ни в чем не повинные малыши.

— Легче всего управлять взрослыми через их детей! Неужели ты не понимаешь? — зашипела, опять не выдержав, мейсса Фырмыр, встревоженно косясь на дочь. — Я тогда отпустила Луизу потому, что сама была беременна. Я не могла больше смотреть на страдания несчастной, которая полюбила не того, кого следовало, а еще я понимала, что Гайвен, озабоченный тем, что у него скоро будет наследник, не станет скрупулезно проверять мои слова. Дети — лучший инструмент для грязных манипуляций. Любые распри в прайде означают в первую очередь смертельную угрозу для самых слабых.

— А я-то чем вам помогу? — Валерианна совсем запуталась. Судя по затихшим звукам, бой на поляне уже завершился, скоро ее начнут искать, а она так ничего и не поняла. Хорошо хоть, влюбленная парочка, зализывающая друг другу раны, вроде бы про нее забыла.

— Ваше покровительство не сможет отменить никто. Даже ваш супруг. Тем более он будет обязан поддержать вас, так как сам сделал выбор, связав себя узами не в городской ратуше, а тут, у древнего символа «решения души, сердец и обязательств». Это же не брачный алтарь, а место, где приносят и другие клятвы. Самое древнее место во всем графстве. — Рсмурс понимал, что времени мало, но старался объяснить достаточно подробно, чтобы Валерианна, не дай создатель, не решила, что ее обманывают и используют втемную.

— Танимрий женится на моей дочери и тогда сможет стать главой рода, — опять вмешавшись в беседу, торопливо выпалила мейсса Фырмыр, с тревогой вглядываясь куда-то за спину Леры. — Под покровительством вашей семьи единственное, что останется остальным претендентам, это официальный вызов по праву сильного.

Злобный оскал мьеста Рсмурса явно давал понять, что шанса не будет ни у кого. За свою Эйе он готов рвать кого угодно.

За спиной Валерианны раздалось зловещее рычание кого-то большого и очень злого, а вся троица двуликих потемнела лицом и моментально сменила облик.

Стараясь не делать резких движений, Лера чуть повернула голову, скосив глаза, после чего облегченно и почти радостно выдохнула:

— Кейтса, Берт!

— Медленно пяться к нам. — Басовитое рычание заляпанного кровью белого бинтуронгамирным назвать было сложно. Парень явно настроился на новых противников и сильно переживал за стоящую между ним и опасной троицей девушку.

Кейтса с обвисшим крылом припала к земле, напружинив лапы перед прыжком. Ее взгляд метался между черной пантерой и молодой львицей. На пантере он замирал дольше, пасть мантикоры была оскалена, демонстрируя здоровенные клыки, а глаза светились ненавистью и предвкушением мести.

Лера не знала, придется ей потом пожалеть о своем решении или нет, но выбор она сделала без раздумий. Гайвен Фырмыр был мертв. И если с мейссы Симилы нельзя было снять всю вину, то смягчающие обстоятельства у пантеры имелись. Что до Рсмурса и Эйелы, то они и вовсе были ни при чем.