Книга Драконья летчица, или Улететь от полковника не выйдет, страница 23 – Анна Леденцовская

Треск и эмоциональная ругань парня эхом разлетелись по всему лесу.

Вернулся он, согнувшись под тяжестью большого чернобурого лиса со слипшейся от крови шерстью, еще живого и хрипло дышащего. На залитой кровью морде яростно сверкал один глаз, второй был поврежден, и на его месте сейчас красовалась сочащаяся сукровицей короста, склеившая веки.

— Они рядом, — хрипло и отрывисто протявкал зверь, аккуратно положенный на траву.

Полковнику с трудом удалось усмирить Менчика, решившего, что двуликий сгодится ему как перекус.

— Наши артефакты должны вам подойти, сейчас. У меня с собой… — Он снял подсумки, потом дополнительно стреножил Менчика и, крепко примотав упряжь недовольного дракона к толстому дереву, подошел к слушающим рассказ раненого Воронковым.

Бледная Кася стояла ни жива ни мертва и не верила своим ушам. Земли кланов двуликих всегда считались оплотом стабильности. Никакие бандиты не беспокоили их своим посещением, ибо это означало форменное самоубийство без возможности хорошо поживиться. Оборотни всегда гнались за врагами до победного, шли по следу, пока не добивались своего. Конечно, и среди двуликих встречались всякие гады, но их выявляли, искали и находили, а потом безжалостно уничтожали, выпалывая, как сорную траву. По крайней мере, это знала про общество двуликих сама Кася.

Тот факт, что клан кошачьих графства Нейрандес решил оказать протекцию приюту попаданок, был, несомненно, хорошей, хоть и немного странной для Касандры новостью. Однако то, что караван, перевозивший обитательниц приюта на новое место жительства на границе земель, подвергнетсяразбойному нападению, было вообще из ряда вон выходящим случаем.

— Слепая Мархуш. Они там. Ждут подмоги. — Лис кашлял, поскуливал и еле дышал. — Цветет карфл, он мешает. Артефакты… Боятся задеть женщин. Граф послал запрос летунам. Они убили Эсси…

Глаза зверя закатились, и он потерял сознание.

Полковник торопливо выкладывал из подсумков лечебные артефакты, пытаясь выяснить у мрачных Воронковых не совсем понятные ему вещи, а еще он таки умудрился, проходя мимо, сунуть девушке злополучный шеврон.

Разумеется, это не прошло незамеченным, но воронам было не до того. Разборки в корпусе казались сейчас детскими играми рядом с настоящей опасностью.

— Слепая Мархуш? Карфл? — активируя артефакты и пристраивая их на шкуре лиса, коротко осведомился Иерр. Бросив взгляд на Касандру, дрожащими руками крепящую шеврон на ворот больничной пижамы, торчащей из-под смутно знакомого плаща, он клятвенно заверил: — Под мою личную ответственность!

Чернобурый зверь под его руками задергался, очертания его поплыли, и теперь на траве валялся израненный темноволосый парень. Артефакты на его теле чуть светились, некоторые уже мигали, затухая. Магический заряд утекал подозрительно быстро.

— Слепая Мархуш — это почти проклятое место, где два раза в год цветет карфл. Растение, которое не дает двуликим принять человеческий облик. Если долго там находиться, то можно утратить его насовсем. Останется только зверь. Уничтожить карфл нельзя. Это наше достояние, — предупреждая вопрос полковника, резко отмахнулся Наркир и бережно поправил съехавшую пластину артефакта на лбу сородича. — Хмырхов цветок часто нужен детям. Когда приходит пора первой смены облика, им дают настойку этих цветов. Смесков становится все больше. Любовь не выбирает расу, а на детях нет вины за чувства родителей.