Книга Неуловимая невеста лорда и канцлера, страница 71 – Таша Тонева

Инстинктивно, почти безотчетно, я уперлась ладонями в шершавый каменный бортик ванны, сама приподнялась на нем, чувствуя, как он почти выходит из меня, а потом резко, с силой, опустилась обратно, глубже, чем было.

Раздался приглушенный хриплый стон, его или мой, я уже не различала.А потом прозвучало низкое, победное рычание и дракон перестал сдерживаться.

Его руки снова перехватили власть, но теперь они не мешали, а помогали моим порывистым, нескоординированным движениям, задавая новый, более быстрый, более яростный темп. Он вгонял себя в меня с силой, от которой темнело в глазах, а я, полностью отдавшись этому безумию, лишь сильнее впивалась пальцами в камень, жадно встречая каждый его мощный толчок.

Приливная волна жара нарастала с невероятной скоростью. Каждый удар, каждое погружение высекало новые снопы искр из того самого фейерверка внутри.

И когда я уже думала, что больше не могу, что сейчас рассыплюсь на части, меня подкинуло вверх в мощнейшем оргазме, заставившем меня на время ослепнуть и оглохнуть.

Спустя продолжительный каскад новых вспышек наслеждения, я обессиленно обмякла в мужских руках, безвольная, дрожащая, вся заполненная этим эхом недавнего взрыва.

Голова тяжело упала на твердое мужское плечо. Вода вокруг казалась прохладной по сравнению с жаром, пылавшим внутри и снаружи.

Метка на запястье тихо тлела, как угольки после пожара, а в самой глубине, где еще мгновение назад бушевал ураган, теперь царила тяжелая, сладкая, довольная нега.

Вода остывала, но жар под кожей оставался.

— А теперь можно и помыться… — довольно прошептал дракон за моей спиной.

Аврон протянул руку и взял кусок мягкой губки и кувшин с ароматным мыльным раствором. Его движения, еще несколько минут назад такие властные и требовательные, стали бесконечно бережными.

Теплая мыльная вода стекала по моим плечам, спине, груди, а его руки скользили следом, смывая пот, напряжение и последние следы страха.

Я же была совсем без сил, просто сидела, обмякшая и покорная, прислонившись к нему, позволяя ему делать все, что он сочтет нужным.

Потом он спустил воду, и чистая, теплая струя из особого крана окатила нас обоих, смывая пену.

— Кажется, я переоценил свои силы, — прошептал он в мои мокрые волосы.. — Сдержать дракона, когда метка так требует… это было непросто.

И я понимала, что он сейчас говорит правду. Он сдерживал своего дракона. Ведь даже в кульминации в его действиях была не дикая ярость зверя, а осознанная, хоть и необузданная, страсть мужчины.

И мне было тепло от этих мыслей.

Аврон провел ладонью по моей коже, и влага исчезла, унесенная мягкой волной магии. То же самое он проделал с собой. Кожа стала сухой и чистой.

Завернув меня в шелковый халат, Аврон снова бережно поднял меня на руки.

Я не сопротивлялась, уткнувшись лицом в его шею. Усталость, приятная и тяжелая, как свинец, накатывала на меня волнами. Но сквозь нее пробивалось тихое, лучезарное счастье.

Я разглядывала свою руку, лежавшую у него на плече. Метка пульсировала ровным, спокойным светом.

Как я могла думать, что это ошибка? Проклятие?

Сейчас, с этим теплом внутри и этой сияющей печатью снаружи, мне казалось, что ничего более правильного со мной в жизни не случалось.

Прохладный шелк простыни коснулся кожи, а сверху легло тяжелое теплое одеяло. Аврон откинул край и устроился рядом, притянув к себе так, чтобы моя спина прижалась к его груди, а его рука легла на мой живот.